1 Марта ПЕРВЫЙ ГОД 1890 года.
ВЕСТНИК ВОЕННОГО ДУХОВЕНСТВА, ИЗДАВАЕМЫЙ ПО УТВЕРЖДЕННОЙ СВЯТЕЙШИМ СИНОДОМ ПРОГРАММЕ.
Цена годового издания, имеющего выходить 1 и 15-го чисел каждого месяца, в размере не менее 2-х печатных листов, 3 руб., с доставкою и пересылкою.
Подписка, статьи и разного рода объявления принимаются в Канцелярии Главного Священника Армии и Флота: С.-Петербург, Подьяческая ул., д. № 32-й.
№ 5 ВЫХОДИТ ДВА РАЗА В МЕСЯЦ. № 5
Original: scan 1
Часть официальная.
ИЗ ПРИКАЗА По войскам гвардии и ПЕТЕРБУРГСКОГО ВОЕННОГО ОКРУГА В С.-Петербурге.
Февраля 5 дня 1890 года.
В наступающем великом посту всем чинам христианского исповедания отговеть; штаб и обер-офицерам непременно со своими ротами, эскадронами, батареями и командами.
Начальствующим лицам обращать внимание на неговеющих без уважительных к тому причин. В нижних чинах поддерживать исполнение священных обрядов религии и всеми мерами вселять в них убеждение, что только тот солдат будет хорошим и верным слугою ГОСУДАРЮ и Отечеству, кто чтит святую веру и соблюдает церковные постановления. Начальникам отдельных частей облегчать состоящему при войсках духовенству самую возможность, путем церковных поучений и внебогослужебных бесед, пользуясь постом и руководствуясь приказанием по округу 1889 года за № 101, проявлять более успешное с его стороны содействие к нравственно-религиозному развитию нижних чинов.
Original: scan 1, p. 122
От Святейшего Синода.
Определением Святейшего Правительствующего Синода протоиерей Бендерской крепостной Александро-Невской церкви Алексей Патенков за повенчание, без соблюдения требуемых законом предосторожностей, крестьянина Адама Зенкевича с Анною Тодорцевою, при жизни первой его жены, послан на три месяца в монастырь.
Священнику церкви Прагского пехотного полка Николаю Рудневу за повенчание лиц, не принадлежавших к его приходу, указом Святейшего Правительствующего Синода определено сделать строгий выговор, со внесением сего штрафа в послужной список.
Ктитору церкви л.-гв. 4-го Стрелкового батальона капитану Давиду Озерову, за ревностную заботливость по благоустройству и украшению церкви, преподано благословение Святейшего Синода с грамотою.
Original: p. 122
Распоряжения Главного Священника.
На открывшуюся, согласно приказу по Военному Ведомству от 17 Ноября 1889 года № 278, вакансию священника при Кутаисском военном госпитале назначен бывший священник 150-го пехотного Таманского полка Иаков Джаваев; на его место к церкви Таманского полка перемещен священник 5-го Закаспийского Стрелкового батальона Тимофей Веселовский, а к церкви Закаспийского батальона определен студент Тифлисской духовной семинарии Феофилакт Феофилактов (3-го Февраля 1890 г.).
На вакансию священника при церкви 114-го пехотного Новоторжского полка (см. № 3 «В. В. Д.») определен студент Новгородской духовной семинарии Константин Сертухов (с 16 Января 1890 г.).
Прикомандированный к церкви Донского казачьего, № 4, полка священник Николай Амаликов уволен вовсе от службы в военном ведомстве, с отчислением его в Олонецкое епархиальное ведомство. На его место, в г. Щучин, откомандирован возведенный в сан священника, бывший диакон Кронштадтской морской Богоявленской церкви Петр Сперанский.
На открывшуюся в 15 гренадерском Тифлисском полку, за увольнением от службы священника Александра Датадзе, священническую вакансию определен кандидат богословия Александр Алексеев (6 Февраля 1890 г.).
Бывший псаломщик Тверской епархии Николай Соколов определен псаломщиком к церкви Казанского военного госпиталя (3 Февраля 1890 г.).
Протоиерею Николаевского собора войск Кавказского военного округа, в г. Тифлисе, Дмитрию Виноградову разрешено принять и носить, по установлению, поднесенный ему, 21 Января текущего года, Главнокомандующим войсками Кавказского военного округа, Князем А. М. Дандуковым-Корсаковым золотой наперсный крест, с драценныными украшениями (22 Января 1890 г.).
Поручик 62-го Суздальского полка Иван Куприянов утвержден в должности ктитора церкви того же полка (6 Февраля 1890 г.).
Тавастгусский купец Александр Богданов утвержден в должности церковного старосты к местной военной церкви (6 Февраля 1890 г.).
Original: p. 123, p. 124
Часть неофициальная.
НЕСКОЛЬКО СЛОВ
по поводу приказа о религиозно-нравственном развитии воинских нижних чинов и о неуклонном исполнении ими долга христианской исповеди.
Каждый военный пастырь, стремящийся быть верным стражем спасения своих словесных овец, с утешением прочтет помещаемый в нынешнем номере нашего органа приказ, исполненный такого живого и теплого отношения со стороны высшего военного начальства к духовным нуждам его пасомых.
Весьма видное место отводится в нем религиозным потребностям воинов и большое значение придается религиозно-нравственному образованию нижних чинов. В этом приказе ясно и отчетливо говорится, что для образования истинного воина, могущего быть верным и усердным служителем Государю и Отечеству, существенно необходимо возбуждать и поддерживать в нем любовь к св. вере, исполнение священных преданий религии и соблюдение церковных постановлений.
В связи с этим приказ этот высоко ставит и служение священника в полку в его религиозно-просветительных задачах и пастырском руководстве. Ввиду важности и высоты его миссии, начальникам отдельных частей предлагается облегчать военному духовенству самую возможность, путем церковных поучений и внебогослужебных бесед, «проявлять более успешное с его стороны содействие к нравственно-религиозному развитию нижних чинов».
Такая живая забота военного начальства о религиозном подъеме и развитии нижних чинов представляет самое отрадное явление для военного священника, ревнующего о возможно лучшем выполнении своего пастырского долга. Поэтому мы с радостью приветствуем такое теплое сочувствие военного начальства к духовным нуждам наших пасомых.
Теперь настает еще более благоприятное время для успешного и плодотворного сеяния семян веры и благочестия в сердцах духовных детей. Если в прежнее время и могли иметь какое-либо оправдание известные жалобы в некоторых газетах на различные препятствия в войсках к исполнению церковных постановлений, то надеемся, что с настоящего времени они потеряют свое значение. Нам ли поэтому, пастырям военным, не отнестись горячо и благодарно к таким распоряжениям высшего военного начальства, являющимся знамением времени! Нам ли теперь не усугубить свою ревность в исполнении пастырского долга.
Кроме религиозно-нравственного развития и воспитания нижних чинов вообще, этот приказ обращает особенно серьезное внимание на неуклонное и возможно лучшее выполнение воинами долга христианской исповеди, имеющей такое важное значение в духовной жизни христианина, при надлежащем приготовлении к ней. И в этом отношении нельзя не пожелать, чтобы мы, военные пастыри, позаботились о лучшей постановке совершения этого таинства и о более благотворном и деятельном влиянии его на нравственное состояние духовных детей.
В былое время как-то высказывалась иногда мысль о возможности полковому священнику совершать общую исповедь для солдат, ввиду одинаковости условий их быта и поражаемых ими одних и тех же нравственных недостатков, а для тайной исповеди и уединенной беседы приглашать только тех из них, которые имеют потребность высказать священнику особенные грехи. Но может ли такая исповедь совершаться с тою сердечною откровенностью и теплотою, при которой только духовник и в состоянии познакомиться с внутренним миром кающегося и своими наставлениями и советами уврачевать его личные нравственные недуги? Да и в какое положение пред товарищами поставляются те солдаты, которые заявляют о своей нужде в тайной исповеди? Таким выделением не подадут ли они повода к признанию их за великих грешников, виновных, быть может, и в тяжких преступлениях? Поэтому если указанное мнение об общей исповеди для солдат когда-либо и казалось для некоторых возможно применимым, то в настоящее время, особенно при такой заботливости высшего начальства о возможно лучшем удовлетворении религиозных потребностей воинов, должно потерять всякое значение.
В связи с этим нельзя не указать и на то нежелательное явление, что многие из наших духовных детей, при несомненной их религиозности, привыкли обращать внимание только на формальную обрядовую сторону исповеди и всю силу ее полагать во внешнем перечне грехов, если только сами высказывают их священнику. Самые грехи многим из них представляются как будто простой ношей, которую следует сдать только священнику и потом можно опять грешить бесконечно, в полной уверенности, что и от этой новой ноши легко освободиться при следующей исповеди. Может ли пастырь церкви равнодушно относиться к такому поверхностному взгляду на исповедь, лишающему ее настоящего благотворного значения в религиозно-нравственной жизни христианина? Поэтому на пастыре лежит священный долг выяснить нижним чинам, что духовную пользу приносит только та исповедь, которая невольно изливается из глубины души, наболевшей от сознания своей греховности и виновности пред Богом и возымевшей усердную решимость не повторять сознанных на исповеди грехов в дальнейшей жизни.
Правда, и при соблюдении всех этих условий, кающийся, с силу склонности ко злу, повторяет опять многие из прежних грехов. Но тем не менее таинство покаяния остается действенным и спасительным для нас, если только мы надлежащим образом приготовились к восприятию благодатной силы его, невидимо врачующей и восстановляющей наши ослабевшие от греха нравственные силы. И в самом деле: коль скоро покаяние не ограничивается только сухим перечнем грехов и обрядовою стороною, а соединяется с глубоким сокрушением о грехах, живою ненавистью к ним и твердою решимостью не повторять их, то все эти душевные движения не проходят бесследно в нашей жизни. Каждый акт такого живого раскаяния оставляет в душе глубокий след, который действительно ослабляет силу порочных навыков и умеряет и охлаждает наши греховные увлечения. И чем чаще испытываем мы эти чувства омерзения и ненависти к греховным влечениям и решимость не проявлять их, тем лучше и осмотрительнее мы становимся в своих поступках. Вот почему св. Церковь призывает почаще испытывать свою совесть и очищать ее посредством покаяния. При таком пользовании благодатною силою этого таинства, христианин отвыкает безразлично относиться к своему нравственному состоянию, пробуждается от греховного усыпления и приучается более и более наблюдать за собою. А известно, что наблюдение над собою, познание самого себя, весьма важно в деле нашего нравственного совершенствования.
В своей жизни мы часто грешим по необдуманности, потому что за рассеянностью и различными житейскими заботами не имеем возможности всмотреться в нравственное безобразие известных порочных действий своих и беспристрастно видеть грех во всей его наготе. Но как только является такая возможность у нас, в силу природного стремления к добру, невольно является чувство омерзения ко греху и желание освободиться от него ¹).
Так спасительна и действенна может быть в религиозно-нравственной жизни христианина исповедь, при надлежащем приготовлении к ней.
Ввиду такой важности этого таинства, пастырь церкви должен всячески позаботиться, чтобы каждый кающийся, во время говения и совершения самой исповеди, как можно глубже и живее испытывал те спасительные движения души, которые и делают его более чутким и восприимчивым благодатной силе покаяния.
Достижению этой святой цели, кроме поучений, бесед и чинного совершения богослужения во время говения, может много способствовать выразительное чтение священником, при надлежащем понимании духовными детьми, тех молитв при совершении исповеди, значение и содержание которых мы пытались посильно раскрыть в помещаемой здесь беседе. Ввиду несомненной действенности предварительных молитв о кающихся, весьма желательно читать их, согласно с церковным уставом, пред самою исповедью каждого кающегося в отдельности, чтобы в нем не успели остыть те тёплые спасительные чувства и настроение, которые невольно возбуждаются чтением этих умилительных молитв и чтобы таким образом он находился, во время исповеди, под благотворным влиянием этого чтения. Особенно же это нужно сказать о том трогательном наставлении, которое духовник читает пред исповедью кающемуся, приглашая его к чистосердечному исповеданию своих грехов. Это наставление непременно нужно читать каждому кающемуся в отдельности—пред самою его исповедью, а не всем исповедникам вместе.
Вот те мысли, чувства и желания, которые невольно возникают в душе военного священника, при чтении вышеупомянутого приказа.
Дай же Бог, чтобы все мы, военные пастыри, живо и чутко откликнулись на такие благие заботы высшего военного начальства о возможно лучшем и полном удовлетворении духовных потребностей наших пасомых и, удвоив свое усердие, вполне оправдали те надежды на нас, которые выражены в этом приказе.
Протоиерей Григорий Фалютинский.
¹) Важность самонаблюдения в духовном развитии можно видеть как из частной жизни человека, так и из исторической жизни всего человечества. Почему человечество не остается в одном и том же состоянии, подобно животным, а постепенно совершенствуется, особенно под руководством Богооткровенного учения, и делается лучшим и в умственном, и в нравственном, и в материальном отношении? Почему, например, христианские народы, не по названию только, а по исполнению Христова учения, при свете Евангелия, с каждою сотнею и даже десятками лет, делаются умнее, изобретательнее, богаче, и мягче и человечнее в своих нравах, обычаях и во взаимных отношениях? Единственно потому, что у человека, созданного по образу Божию, вместе с разумом и совестью, есть способность самосознания, в силу которой он может рассматривать и изучать себя и свою жизнь, как какой-нибудь сторонний предмет, подмечать в себе недостатки и ошибки и затем, в силу природного стремления к истине и добру, чувствовать негодование к ним и исправляться.
Original: p. 125, p. 126, p. 127, p. 128, p. 129
Внебогослужебная беседа.
О таинстве покаяния.
Каждый христианин, из купели крещения выходит чистым и невинным, но, по наклонности к злу, опять впадает в грехи и нуждается в очищении от них. Очищение сие преподается в таинстве покаяния, или исповеди.
Дорого и спасительно для нас это таинство! Основанное самим Господом нашим Иисусом Христом, оно удовлетворяет существенной потребности человека примириться с Богом, восстановить силу и достоинство нравственного закона и загладить неправды. Как бы ни был порочен человек, сколько бы ни увлекался он беззаконною жизнью, но в нем живуче и неискоренимо стремление к добру и отвращение от зла. Случается иногда, что и самый отъявленный преступник, неоднократно совершавший грабительство и убийство, испытывает такую жгучую нестерпимую боль души от угрызений совести, что сам открывает о своем преступлении и отдает себя в руки правосудия, как бы только унять эту душевную боль и успокоить взволнованную преступлениями совесть. И Евангелие представляет нам поразительные примеры—как в самых закоренелых, по-видимому, грешниках, под влиянием всепрощающего учения Иисуса Христа и Его милосердного и кроткого отношения, пробуждались в них лучшие и благородные стремления (любовь к Богу, добру и т. п.) и они навсегда оставляли беззаконную жизнь и делались верными последователями Христа.
Отсюда ясно, что, при всех греховных увлечениях своих, человек не может внутренно примириться со злом. Он чувствует, что грех тяготит и отравляет его нравственное существо и потому старается так или иначе освободиться от этой душевной раны и уврачевать свою больную душу. Для удовлетворения сей глубокой и жизненной потребности человеческой природы и учреждено в православной церкви таинство покаяния. Примиряя человека с Богом и совестью, оно освобождает от тяжелого состояния его душу, удручаемую грехом, сообщает ему новые силы и делает его способным для дальнейшего преуспеяния в нравственной жизни. Так существенно важно и необходимо для нас таинство покаяния.
Как же совершается это таинство в православной церкви?
Желающий очистить свою совесть посредством покаяния сперва приготовляется к этому таинству говением. В течение нескольких дней он, соблюдая пост, воздерживается от всякой шумной и рассеянной жизни, предается дома молитве, благочестивым размышлениям и беседам, чтению душеспасительных книг и непременно ходит в храм Божий и слушает там слово Божие и священные песнопения и молитвословия, предлагаемые Церковью. Эти благочестивые упражнения и занятия св. Церковь предлагает с тою целью, чтобы под влиянием их христианин мог глубже вникнуть в свое внутреннее состояние, беспрепятственнее подметить свои недостатки и восчувствовать сожаление о них и виновность свою пред Богом. Не мимолетное и скоропреходящее сожаление о грехах требуется здесь, а то глубокое сокрушение о них, которое неизбежно порождает твердую решимость всячески бороться с греховными привычками на будущее время и по возможности загладить все совершенные нами неправды и обиды ближним. Такую решимость являет нам во св. Евангелии Закхей, когда он, растроганный милосердым посещением его дома Иисусом Христом, сказал Спасителю: «половину имения моего раздам нищим и если кого обидел, то вчетверо вознагражу».
После надлежащего возбуждения в себе такой духовной настроенности, кающийся христианин приступает к самой исповеди. Священник принимает его пред аналоем, на котором лежат: крест Господень— этот знак нашего искупления и св. Евангелие, по которому мы обязались при крещении жить, и читает положенные пред исповедью молитвы. Глубоко трогательны и назидательны эти предварительные молитвы о кающихся! При благоговейном и выразительном чтении их, при внимательном слушании и понимании их содержания, невольно возбуждаются те спасительные чувства и стремления, которые существенно необходимы для истинного покаяния. Чтобы и вы, возлюбленные христиане, не лишились этой духовной пользы и более ясно и раздельно представляли изложенные в этих молитвах мысли и чувства, при чтении их в церкви на славянском языке, я скажу несколько слов о значении их для кающихся и затем передам содержание их словами простыми, для всех понятными.
Для чего читаются эти предварительные молитвы о кающихся?
Для полного уврачевания нашей греховной души необходимы, кроме сердечного сокрушения о грехах, живая вера в искупительные заслуги Иисуса Христа, в силу которых только нам и могут быть прощены грехи, и надежда на милосердие Божие. Потому что одно сокрушение о грехах, не поддерживаемое надеждою на прощение и помилование, может еще более расстроить душевное состояние раскаявшегося грешника и привести его к отчаянию, как это ясно видно из печальной судьбы Иуды предателя. Ввиду этого св. Церковь, как чадолюбивая мать, указанными молитвами старается возбудить в кающихся христианах, вместе с сокрушением о грехах, веру в ходатайство Иисуса Христа и живое упование на милосердие Божие и тем прежде всего открыть всем свободный путь к очищению грехов на исповеди. Вместе с этим св. Церковь предварительными молитвами о кающихся полагает целью разрешить и устранить те узы и препятствия, которыми христиане могли связать свою немощную совесть и чрез это преградить себе доступ к прощению грехов на исповеди. Так, некоторые из кающихся христиан могли высокомерно и с небрежением отнестись на исповеди к наставлениям и советам духовного отца своего, поступать вопреки его увещаниям и тем самым попрать его священническое слово. Иные из приступающих к исповеди могли не исполнить епитимий, или тех благочестивых упражнений, которые духовник назначает иногда кающемуся на исповеди для его же душевной пользы и исправления, чтобы ослабить в нем силу греховных привычек и успокоить его совесть, нередко смущающуюся сознанием тяжкой ответственности пред Богом и после прощения грехов его духовником. Такими упражнениями служат: усиленная молитва, продолжительный пост или милостыня, а в случае особенно тяжких грехов—отлучение на определенное время от таинства причащения, чтобы кающийся мог глубже почувствовать тяжесть преступления и принести более живое раскаяние. Долг каждого кающегося христианина с уважением отнестись к наставлениям духовника на исповеди и непременно исполнить отеческие его советы. Несоблюдение, или попрание слова и клятвы священника является препятствием к прощению грехов, и для устранения этого кающийся должен обратиться за разрешением к тому духовнику, пред которым он виновен в попрании его слова и клятвы. Затем, некоторые из приступающих к исповеди христиан, по неведению, неосторожности, раздражению и т. п., могли сами себя подвергнуть отлучению от Церкви, когда—в порыве какой-нибудь страсти, или для уверения в невыполнимом обете, или же для прикрытия умышленной лжи, заклинают себя такими выражениями, которые страшно и произнести, как например: «да постигнет меня анафема, пусть буду я проклят Богом, да не увижу я света Божия» и т. п. Нет нужды распространяться о всей тяжести и преступности таких и подобных им заклинаний. Произносящие их христиане явно пренебрегают своим вечным спасением, попирают искупительные заслуги Иисуса Христа, примирившего нас с Богом, самовольно разрывают свою связь с Церковью и лишают себя ее благодатного покровительства. Наконец, кающиеся христиане могли связать свою совесть обязательством такой торопливой, необдуманной и вредной для ближних и для самих себя клятвы, исполнение которой противно долгу христианской исповеди, когда, например, заклинают друг друга совершить какое-либо преступление, или дают клятву обидеть ближнего, отомстить врагу и т. п. Такие отлучения и заклинания, которым кающийся христианин подвергает себя в горькие минуты раздражения и упадка духа, могут страшно тяготить и мучить его совесть, когда он придет в себя, и потому он нуждается в предварительном успокоении, чтобы иметь беспрепятственную возможность приступить к св. исповеди.
Вот те различные преграды и стеснения, которые можем испытывать пред исповедью немощная совесть христианина. В устранение их св. Церковь и положила издревле читать предварительные молитвы о кающихся. Первая из этих двух молитв по-славянски начинается так: «Боже, Спасителю наш....» Для большого понимания ее содержания я позволю себе изложить заключающиеся в ней мысли и чувства в свободном пересказе по-русски:
Бог, Спаситель наш! Тяжкий грех совершил царь Давид, когда, прельстившись красотою чужой жены, велел хитрым способом убить ее мужа на войне. Но Ты, Милосердый Господь, простил ему и этот великий грех, когда он, обличенный пророком Нафаном, принес Тебе глубокое раскаяние. Многочисленны и тяжки грехи были иудейского царя Манасии, который так безумно предавался гнусному идолопоклонству и чародейству. Но ты принял и его покаянную молитву, принесенную им в Вавилонской темнице. Прими же по своему человеколюбию и раба твоего, кающегося в содеянных им грехах, забудь его неправды, покрой своею милостью его беззакония. Ты Сам возвестил чрез древнего пророка, что не хочешь грешнику душевной пагубы («смерти»), но жаждешь его исправления и вечного спасения («живу быти»). Сам же Ты заповедал и в св. Евангелии прощать грехи многое число раз. Поистине, беспредельно Твое величие и безмерна Твоя милость к нам, недостойным и грешным. Ибо если Ты станешь судить наши беззакония, то кто из нас может оказаться чистым и устоять пред Твоим правосудием. Поистине Ты—Бог кающихся, Бог, могущий миловать, спасать и оставлять грехи и Тебе воздаем хвалу, Отцу, и Сыну и Святому Духу, теперь, всегда и на вечные времена. Аминь.
В этой краткой молитве по преимуществу выставляется та отрадная мысль, что нет такого тяжкого греха, который мог бы победить безмерное милосердие Божие и потому кающиеся христиане не должны смущаться тяжестью и множеством своих грехов и могут вполне надеяться на прощение от Бога, при живом сокрушении о них. Те же отрадные мысли и чувства выражаются и во второй молитве. При этом священник молит Господа о разрешении кающихся от тех различных уз немощной совести, о которых мы уже говорили, и этим самым еще более побуждает приступающих к исповеди вверить себя суду Божию, в лице духовника. Вот ее содержание в пересказе:
Господь, Иисус Христос! Безмерно Твое милосердие к нам грешным! Не переставая быть Сыном Бога живого, Ты снизошел к нашему падшему естеству и соделался человеком для нашего спасения. Ты, как благостный пастырь и агнец, взял на Себя грехи всех людей и принес Себя в жертву, для примирения нас с Отцем Небесным. Ты даровал прощение беззаконий великой грешнице, помазавшей ноги Твои и умывшей их слезами покаяния. Ты Сам уподобляешь Себя в св. Евангелии тому милосердому заимодавцу, который простил долги несостоятельным должникам. По своим многочисленным грехам мы также находимся в неоплатном долгу пред Тобою. Прости же, по своей великой милости, и все беззакония рабов Твоих сих—преступили ли они Твои заповеди сознательно и намеренно, или же ослушались Твоих повелений без участия своего сознания и воли. Не взирай оком правосудия Твоего на все их прегрешения, содеянные ими словом или делом и будь милосерд ко всем тем случаям и обстоятельствам в их жизни, когда они, по слабости человеческой воли, поддавались греховным побуждениям собственной плоти, или же увлекались соблазнами окружающего мира и прельщались искушениями от диавола. Бесчисленны и многообразны могут быть их согрешения, преграждающие им путь к общению с Тобою. Быть может некоторые из них не соблюли и попрали священническое слово, или не исполнили наложенный на них епитимии («священнические клятвы»), или сами себя подвергли отлучению от церкви («анафеме»), или же наконец связали свою немощную совесть неразумною и ложною клятвою, противною Твоим заповедям. Но ты Сам, как благий и непомнящий неправд Владыко, благоволи разрешить все их прегрешения словом смиренного пастыря и прости им и свою их анафему (отлучение) и клятву, по великой милости Твоей. О, Владыко, человеколюбец Господь! Услышь нас, прибегающих с молитвою к безмерной доброте Твоей о рабах Твоих сих, не вмени им в вину все их прегрешения и избавь их от вечных мучений. Ибо Ты Сам сказал апостолам и их преемникам—пастырям церкви: «что вы свяжете (не простите) на земле, то будет связано (не прощено) на небе, и что разрешите на земле, то будет разрешено на небе»; потому что Ты один безгрешен, и Тебе славу воссылаем Отцу...
По прочтении этих молитв, которые могут и ободрить и умилить приступающих к исповеди, духовник читает весьма трогательное и поучительное наставление, пред началом исповедания. Указывая на икону, или на св. крест, как знак невидимо присутствующего при этом Господа, священник говорит кающемуся: «Вот, чадо мое, Сам Христос невидимо стоит и принимает твою исповедь. Не стыдись, не бойся и не скрывай от меня ничего; но без стеснения все выскажи, что ты сделал, чтобы тебе получить прощение от Господа нашего Иисуса Христа. Вот и икона его перед нами, а я только свидетель, чтобы засвидетельствовать перед Господом все, что ты скажешь мне. Если же ты скроешь что-нибудь от меня, то двойной грех будешь иметь на себе. Поэтому обрати внимание на то, что ты пришел во врачебницу и позаботься о том, чтобы не удалиться неисцеленным».
Под влиянием сего наставления, кающийся должен твердо помнить, что он приносит исповедь свою Самому Господу, которому известны самые сокровенные помыслы и движения нашего сердца. Это уже одно должно побудить его без всякой утайки, смягчения и оправдания, а с глубоким сознанием своей виновности пред Богом, высказать все свои грехи, в присутствии священника. Такое чистосердечное раскрытие нравственного состояния есть необходимое свидетельство и выражение истинного покаяния, и кто искренне и живо раскаивается в своих грехах, тот не только не должен стесняться, но напротив—должен чувствовать действительную потребность высказать все то, что тяготит его совесть («что у кого болит, тот о том и говорит»). И менее всего следует стыдиться или бояться духовника. И по собственному опыту, и по наблюдениям над душевным состоянием других людей, он хорошо знает—как трудно воздерживаться от грехов, при испорченности нашей природы. По долгу же своего сана, он ни в каком случае не может передать другим сообщаемые ему грехи на исповеди. Кающийся должен смотреть на духовника как на врача, который своими советами и наставлениями может исцелить его больную душу.
В силу того же наставления духовника, кающийся должен всячески позаботиться, чтобы его исповедь была действительною врачебницею для его больной души и послужила прочным залогом для ослабления его порочных навыков и дальнейшего преуспеяния в нравственной жизни. А это возможно только тогда, когда он не будет полагать всю силу исповеди только во внешнем и сухом пересказывании своих грехов, а постарается, чтобы это устное исповедание проникалось и сопровождалось глубоким и сердечным сокрушением о грехах. Известно, что наше сердце есть главный двигатель всех наших поступков (Мф. 15, 19). Пока в нем гнездятся гнев, зависть, мстительность и различные нечистые пожелания, до тех пор оно может порождать только злые дела. Чтобы оно сделалось способным побуждать нас к благочестивой жизни, для этого нужно позаботиться об искоренении в ней тех порочных помыслов, чувствований и желаний, которыми оно привыкло питаться и услаждаться. А ослабить обаятельную силу этих нечистых движений душевных можно только исповедью, орашаемою слезами покаяния, когда кающийся, высказывая свои грехи, в то же время глубоко сознает их внутреннее безобразие и всем нравственным существом своим чувствует к ним отвращение и омерзение.
Когда кающийся окончит исповедание грехов своих и священник убедится, что он чистосердечно раскрыл внутреннее состояние свое, сердечно скорбит о грехах и имеет искреннее намерение на будущее время избегать их, тогда исповедуемый преклоняет голову свою и духовник произносит краткую, но полную глубокого умиления молитву о примирении и соединении покаявшегося с св. Церковью.
По-русски ее содержание можно пересказать в следующих словах: «Милостивый, щедрый и долготерпеливый Господь! По своему бесконечному милосердию, Ты устрояешь спасение рабов твоих. Ты не желаешь грешнику душевной пагубы и скорбишь и болезнуешь о наших злобах, выжидая нашего исправления. Умилосердись же о рабе твоем, внуши ему образ истинного покаяния и прости ему всякое прегрешение вольное и невольное. Своими грехами он удалил себя от общества истинных христиан, порвал союз со св. Церковью и лишил себя ее благодатного покровительства и помощи. Но Ты благоволи примирить и соединить его со св. Церковью Твоею. Яви над ним милость в силу бесконечных заслуг Иисуса Христа, который своими крестными страданиями примирил нас с Тобою. Тебе и Ему подобает держава и великолепие теперь, всегда и на вечные времена. Аминь.
По прочтении этой молитвы, духовный отец непосредственно за сим совершает тайну покаяния. Возложив на голову покаявшегося конец епитрахили, духовник произносит: «Господь и Бог наш Иисус Христос, благодатью и щедротами человеколюбия своего, да простит тебя, чадо, все согрешения твои: и я, недостойный священник, властью Его данною мне, прощаю и разрешаю тебя от всех грехов твоих во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь. И св. Церковь глубоко верует, что вместе с таким видимым разрешением грехов от священника Сам Бог невидимо прощает кающемуся все его прегрешения и он отходит от духовника с чистою совестью.
При чтении разрешительной молитвы «грешник наклоняет голову, как виновный и безответный пред Богом; священник накрывает его епитрахилью в знак того, что искренне раскаявшийся принимается под покровительство, под защиту св. Церкви. Крестообразное благословение в этом случае изображает, что грехи прощаются человеку ради страданий и крестной смерти Иисуса Христа» ¹).
Кроме этих поучительных обрядов при совершении таинства покаяния, нельзя не упомянуть о похвальном обычае православных христиан приходить на исповедь со свечами. Эти светильники кающихся напоминают, что покаяние есть второе крещение, которое также очищает нас от грехов, как и первое. Как при совершении первого крещения были возжены светильники, в знак радости и чистоты, полученной по выходе из купели, так и при священнодействии таинства покаяния—этого второго крещения—они также должны гореть, в знак отрадной надежды на оправдание пред Богом посредством исповеди ²).
Так совершается в православной церкви таинство покаяния, имеющее весьма важное значение в жизни христианина.
Христолюбивые воины! Рассказывая смысл трогательных молитв и поучительных обрядов, употребляемых при совершении св. исповеди, я старался выяснить вам и то, как существенно нуждается человек в покаянии и какие условия необходимо соблюдать, чтобы действительно очиститься от грехов и сделаться более способным к преуспеянию в благочестивой и добродетельной жизни. Вам ли, православные, не позаботиться об удовлетворении этой духовной потребности, существенно важной и в вашим звании! Вам ли не дорожить этим великим духовным благом, когда высшее начальство ваше в настоящее время проявляет такую живую заботливость о возможно лучшем выполнении вами долга христианской исповеди! Признавая, что только набожный воин может быть верным и усердным слугою Государю и Отечеству, оно обратило особенное внимание на религиозную сторону вашей жизни, чтобы воины были благочестивы, усердно просвещали свой ум христианским учением, свято соблюдали все постановления церкви и неуклонно выполняли требования св. исповеди и таинства причащения.
Да поможет же вам Господь оправдать такие благие заботы ваших начальников, на пользу и спасение ваших душ!
Протоиерей Григорий Фалютинский.
См. «Кратк. объясн. семи Таинств Христовых». Прот. А. А. Желобовского.
²) См. «Попеч. Православ. Церкви о спасении мира» Прот. Г. С. Дебольского.
Original: p. 129, p. 130, p. 131, p. 132, p. 133, p. 134, p. 135, p. 136, p. 137
ОПИСАНИЕ
ПРЕОБРАЖЕНСКОГО ВСЕЙ ГВАРДИИ СОБОРА.
(Продолжение).
- 4)
Причт по обращении приходской Преображенской церкви опять на степень собора всей гвардии.
Протоиерей Александр Александров с 1797—1807 г. из диаконов церкви Симеона Богоприимца, что на Моховой улице, рукоположен, 3 августа 1797 г., во священника к Преображенскому собору. По обращении собора в приходскую церковь в 1799 году, остался при Преображенском полку и служил в церкви Иоанна Крестителя, что в старом Ломбарде (ныне в Миллионной улице). С 26 мая 1800 г. проходил должность благочинного в С.-Петербургской инспекции. В 1806 г. переведен в Преображенский всей гвардии собор протоиереем. Скончался в марте 1807 г.
Протоиерей Алексей Алексеевич Торопогрицкий с 1808—1816 г. О начале службы его ничего неизвестно.
Из дел Канцелярии Главного священника армии и флота видно, что он в 1803 г. сделан был благочинным Лифляндской инспекции; в 1805 г. переведен из Таврического гренадерского полка к госпитальной церкви л.-гв. Преображенского полка. В 1806 г., так как при Преображенском соборе не было еще определенного штата причта, то Обер-Священником Озерецковским предписано было ему отправлять очередное священнослужение в Преображенском соборе. В 1808 г. назначен благочинным 1-й гвардейской дивизии и протоиереем собора, так как служением своим при особе Его Величества обратил на себя всемилостивейшее внимание, выразившееся, между прочим, в награждении его наперсным крестом, осыпанным драгоценными камнями ¹). В 1812 году по воле Государя Императора, протоиерею Торопогрицкому предписано было ехать в поход и быть там при Главной Квартире для отправления богослужений и духовных треб, и вместе с тем исполнять должность благочинного гвардейских полков. В 1812 г. апреля 29 назначен полевым обер-священником 1-й западной армии к г. главнокомандующему генералу от инфантерии Барклаю-де Толли. В 1816 году января 1-го протоиерею Алексею Торопогрицкому, во уважение отличной его службы и подъятых трудов в компанию 1812, 1813 и 1814 годов, Всемилостивейше повелено быть обер-священником Главного Штаба и управляющим священнослужителями всех гвардейских полков с переводом его в протоиереи к малой церкви Зимнего дворца.
Протоиерей Антип Гаврилович Гаврилов с 1816—1819 гг. Обучался в Александро-Невской семинарии до поэзии. Из диаконов, Новгородской губ., Боровичского уезда, Минетского погоста, поступил во священники в Елецкий Мушкатерский полк в 1798 году; отсюда в 1801 г. переведен был в л.-гв. Павловский полк; в 1806 г.—в Кексгольмский; в 1814 г. прикомандирован был к л.-гв. Семеновскому полку, а в 1816 г. июня 29 переведен в Преображенский всей гвардии собор старшим священником; в 1824 г. возведен в сан протоиерея. Был во многих и почти постоянных походах, начиная с 1799 и кончая 1814 годом. Так, был в Польше, Голландии, Англии и Пруссии. При действительных сражениях находился: в 1812 г. при Бородине, 1813 г. при Кульме в Богемии, 1814 г. при Лейпциге, доходил и до Парижа. За ревностную и усердную службу награжден был: скуфьею, камилавкою, золотым наперсным крестом и Анной 3-й ст. Имел бронзовый наперсный крест в память войны 1812 г. и серебряную медаль за взятие Парижа. В 1829 году поступил к большому Высочайшему двору.
Протоиерей Василий Яковлевич Сицилинский с 1830—1867 г. Родом был из дворян Каменец-Подольской губернии. По окончании курса в армейской дух. семинарии, определен был, 1811 года ноября 15 дня, священником в Новгородский кирасирский полк, из которого в 1814 году переведен в л.-гв. Финляндский полк. В 1828 г. апреля 8-го возведен в сан протоиерея. В 1830 году, по Высочайшему повелению, определен настоятелем в Преображенский всей гвардии собор. В 1849 г. назначен благочинным всех гвардейских церквей. Был во многих походах и делах против неприятелей. Так, в 1812 г. находился в сражениях с французскими войсками в российских пределах: 6 августа при г. Смоленске, 24 и 26 при Бородине, ноября 5-го под Малым-Ярославцем и 6-го при г. Красном, 1813 г. был в походе за границею: в Польше, Пруссии, Саксонии, в герцогствах Франкфуртском и Баденском; находился в сражениях при Дрездене, Кульме и Лейпциге. В 1814 г. был во Франции при взятии Парижа, откуда чрез герцогства Богемское, Гессен-Кассельское, Мекленбург-Стрелицкое до Любека сухим путем, а оттуда морем на кораблях возвратился в Россию. В 1839 году июля 30 дня был командирован к Бородину для участия в торжественном молебствии, по случаю открытия памятника убитым там воинам. В 1854 и 1855 г. находился в составе войск, охранявших прибрежье С.-Петербургской и Выборгской губерний. Имел бронзовые наперсные кресты, установленные для духовенства на Владимирской ленте в память войн: 1812 и 1853—1856 годов, медали серебряные в память 1812 г. и за взятие Парижа 1814 года, и бронзовую в память Крымской кампании.
За усердную и ревностную службу протоиерей Сицилинский Всемилостивейше награжден был: камилавкою, золотыми наперсными крестами, выдаваемыми от Св. Синода и из кабинета Его Величества; орденами: св. Анны 3-й и 2-й ст., св. Владимира 4 й и 3-й ст., потом палицею; а в 1861 года ноября 14-го, по случаю совершившегося 50-летия его службы в сане священства, Всемилостивейше пожалована ему из кабинета Его Величества митра,—награда, в то время, кажется, беспримерная для протоиерея сего собора!
В 1866 году, по преклонности лет, испросил себе увольнение от должности благочинного. В 1867 г. 23 апреля скончался на 83 году. Моги а его на Смоленском кладбище украшена изящным памятником с надписью: «Доброму пастырю от благодарных прихожан». Память о протоиерее Василие Яковлевиче Сицилинском долго будет сохраняться у причта и прихожан Преображенского собора, так как собор Преображенский в своем благолепии много обязан попечению и стараниям о нем сего приснопамятного настоятеля, пользовавшегося любовью и уважением своих духовных чад, щедрою рукою приносивших ему дары на благолепное устройство святыни храма.
Священник Павел Васильевич Чертков с 1807—1829 гг. По окончании курса наук в армейской дух. семинарии, рукоположен был 1803 г. в Литовский мушкатерский полк; в 1805 г. переведен в Белозерский пехотный полк, с которым в том же году отправился в поход против французов чрез Балтийское море, на корабле с десантным корпусом; в 1806 г., возвращаясь в Россию, он прибыл с полком в Дерпт, откуда того же года 1-го окт. вышел в поход во второй раз против французов—за границу—в Пруссию, где в г. Ломже, в 1807 г. января 2-го, отправляя христианские требы при главном госпитале, он был застигнут неприятельской конницей и взят в плен, но скоро был освобожден и соединился с полком, с которым потом был в сражении при Эйлау, а 25 апреля сего 1807 года, по случаю перевода его в л.-гв. Преображенский полк, отправился в С.-Петербург. В 1825 года декабря 22 дня назначен сакелларием собора.
Всемилостивейше награжден был: скуфьею, камилавкою, наперсными крестами—бронзовым в память войны 1812 г., синодским и кабинетным; также орденом Анны 3-й степени.
Священник Василий Александрович Александров с 1825— 1842 г. Из диаконов сего же собора рукоположен во священника 1825 года ноября 8-го, утвержден сакелларием в 1829 г. Был в походе против Турции 1828—1829 г. г. и находился при взятии крепости Варны. Награжден был: скуфьею, камилавкою и медалью за войну. Умер 1842 года.
Протоиерей Василий Иванович Троянский с 1842—1856 г. По окончании курса в Харковском коллегиуме с серебряною медалью, в 1814 г. мая 21-го рукоположен был во священника Воскресенской церкви, в слободе Терны, Лебедянского уезда. В 1822 г. переведен в Малороссийский кирасирский полк, откуда в 1824 г. назначен в гвардейский отряд, состоящий в Варшаве; потом в 1830 г. в л.-гв. Литовский полк, с которым в 1831 г., в пределах Царства Польского, был в сражениях: при Остроленке, под Вильною и при взятии г. Варшавы. В 1832 г. переведен в л.-гв. Гренадерский полк; в 1836 г. в Сергиевский артиллерийский собор, а отсюда в 1842 года 18 сентября, по Высочайшей воле перемещен в Преображенский собор сакелларием; в 1848 г. возведен в сан протоиерея. В 1854—1855 г. находился с полком в составе войск, охранявших прибрежье С.-Петербургской и Выборгской губерний. За усердие и ревность к службе награжден был: скуфьею, камилавкою, наперсными крестами синодским и бронзовым в память Крымской кампании, орденами: Анны 3-й и 2-й ст., Владимира 4-й ст., серебряною медалью за взятие Варшавы и польским знаком отличия 4-й ст. Умер в 1856 г. 28 декабря, 75 лет.
Протоиерей Петр Павлович Рябинин с 1829—1869 г. По окончании курса в С.-Петербургской духовной семинарии, рукоположен во священника в Преображенский всей гвардии собор в 1829 г. августа 29. В 1831 году января 12 дня выступил в поход в пределы Царства Польского и находился с полком в генеральном сражении под Варшавою; в 1832 г. возвратился из похода. В 1851 г. назначен сакелларием собора и возведен в сан протоиерея. В 1863 г., по случаю военных действий против польских мятежников, находился с полком в составе войск Виленского военного округа с 14 июля по 1-е ноября того же года. За усердную службу награжден был: скуфьею, камилавкою, наперсными крестами синодским и бронзовым на Владимирской ленте в память Крымской кампании; орденами: Анны 3-й ст. и 2-й ст.; палицею, медалями: серебряною за взятие Варшавы, бронзовою за усмирение польского мятежа и польским знаком отличия 4-й ст.. Умер в 1869 г. 10 декабря, 65 лет.
Протоиерей Петр Васильевич Воинов с 1851—1868 г. По окончании курса в Новгородской духовной семинарии, с званием студента, определен был в 1831 года учителем в Новгородское духовное училище. В 1823 г. назначен старшим священником в гренадерский короля прусского полк, из которого в 1843 г. переведен в Кексгольмский императора австрийского полк. В 1846 г. возведен в сан протоиерея. В 1849 г. находился, по случаю войны в Венгрии, с полком в походе гвардии к западным пределам Империи. В 1850 г. перемещен в л.-гв. Литовский полк, из которого назначен л.-гв. Преображенский полк в 1851 г. ноября 24 дня. В 1854 г. находился с полком в составе войск, охранявших прибрежье С.-Петербургской и Выборгской губерний.—За усердную службу награжден был: камилавкою, наперсными крестами—бронзовым на Владимирской ленте в память Крымской кампании, и золотым от Святейшего Синода выдаваемым; орденами—Анны 3-й и 2-й ст. и медалью бронзовой—за Крымскую кампанию на Андреевской ленте. Умер в 1868 г. 6 сентября, 67 лет.
Протоиерей Петр Васильевич Жемчужин с 1868—1869 г. По окончании курса в Псковской духовной семинарии, определен священником в Псковской кирасирский полк 1832 г. 5 апреля. Отсюда в том же году переведен в Углицкий пехотный полк; в 1835 г.—в гренадерский графа Румянцева Задунайского полк, из которого в 1841 г.— в гренадерский Сибирский, с назначением благочинным 3 гренадерской дивизии. В 1848 г. перемещен в л.-гв. гренадерский полк, с которым находился, по случаю войны в Венгрии, в походе гвардии к западным пределам Империи. В 1853 г. возведен в сан протоиерея. В 1854 г. находился в составе войск С.-Петербургского гарнизона. В 1865 г. переведен в л.-гв. конный полк, из которого в 1868 г. сентября 9-го перемещен в Преображенский всей гвардии собор. Скончался 1869 г. 30 сентября, 60 лет. За усердную службу награжден был: скуфьею, камилавкою, наперсным крестом, палицею, орденами—Анны 3-й и 2-й ст.; кроме сего имел бронзовый крест и медаль за Крымскую кампанию.
Протоиерей Михаил Михаилович Спасский с 1867 г.—1882 г. По окончании курса в Новгородской духовной семинарии, рукоположен во священника, в 1822 г. 7 мая, в 25 егерский полк, откуда в том же года перемещен к домовой церкви обер-священника армии и флота. В 1830 г. назначен в л.-гв. Московский полк; в 1848 г. возведен в сан протоиерея. В 1849 году, по случаю войны в Венгрии, находился в походе в западных пределах Империи и состоял в продолжение похода при штабе главнокомандующего и в должности благочинного гвардейской пехоты; в 1856 г. перемещен в 1-й л.-гв. Его Величества стрелковый батальон; в 1861 г.—в л.-гв. конный полк, из которого назначен в 1867 г. в Преображенский всей гвардии собор настоятелем и благочинным гвардейского духовенства. За усердную службу награжден был камилавкою, золотыми наперсными крестами—от Святейшего Синода и из кабинета Его Величества; орденами—Анны 3-й и 2-й ст., Владимира 4-й и 3-й ст., палицею и митрою. 1-го октября 1882 г. по болезни и старости уволен от службы; скончался 1884 г., 83 лет.
Протоиерей Николай Иоакимович Самчевский с 1869 г. 1878 г. По окончании курса наук в Черниговской духовной семинарии, в 1827 г. окт. 9-го, рукоположен был во священника в 11-й егерский полк, с которым 1828 г. вышел в поход против Турции и был в нескольких делах против неприятеля, а именно: при блокаде крепости Силистрии, в генеральном сражении при селении Кулевчи, около крепости Шумлы. Возвратясь из Турции в пределы России в 1830 г., менее чем через год после сего отправился в поход в Царство Польское, для присоединения к войскам действующей армии, и находился в сражениях: под Вильною и при штурме Варшавы. В 1834 г. возвратился в Империю. В 1835 г. прикомандирован был к 22 Нижегородскому полку; в 1837 г. переведен в 60 Замосцкий полк старшим священником; в 1839 г. перемещен в 38 Елецкий полк. В 1843 г., по собственному желанию, уволен из армейского ведомства в Литовскую епархию и определен священником при гродненском женском монастыре. В 1844 назначен в Белостокский Николаевский собор. В 1850 г., по Высочайшему повелению, определен в л.-гв. драгунский полк; в 1852 г. в л.-гв. Гродненский гусарский полк. В 1854— 1855 г. находился с полком в составе войск, охранявших побережье С.-Петербургской и Выборгской губерний. В 1856 г. возведен в сан протоиерея. В 1865 г. перемещен в л.-гв. гренадерский полк и 1869 г. назначен в Преображенский собор. За отличную и усердную службу Всемилостивейше награжден был: скуфьею, камилавкою, золотыми наперсными крестами—от Святейшего Синода выдаваемым и из кабинета Его Величества, на Георгиевской ленте, также бронзовым крестом на Владимирской ленте за Крымскую кампанию; орденами Анны 3-й и 2-й ст., польским знаком отличия 4-й ст., и медалями за Турецкую войну 1828— 1829 г. и за взятие Варшавы в 1831 году. Скончался 1878 г. 16 марта, 73 лет.
Протоиерей Николай Данилович Проценков с 1878—1889 г. из студентов семинарии. В Преображенский собор перемещен 1878 г. из Троицкой Колпинской церкви. В 1889 г. переведен в л.-гв. Семеновский полк.
Протоиерей Александр Григорьевич Филаретов с 1882—1889 г. Из студентов Тверской духовной семинарии. В Преображенский собор переведен в 1872 г. из л.-гв. Измайловского полка. В 1889 г. перемещен в Адмиралтейский собор.
Диаконы:
Василий Антипович Назоров с 1807—1812 г. По окончании курса в армейской семинарии, в 1807 г. 19 января рукоположен во диакона в Преображенский собор, а 1812 г. переведен в Лейб-Гренадерский полк на должность священника.
Иван Антипович Назоров с 1812—1817 г. По окончании курса в армейской духовной семинарии, 1810 г. рукоположен был во диакона церкви той же семинарии. В 1812 г. переведен в Преображенский собор и назначен учителем Закона Божия в школе кантонистов. 1817 г., по Высочайшей воле, рукоположен во священника в л.-гв. Уланский полк.
Алексей Егорович Чулков с 1817—1721 г. В 1815 году поступил диаконом к Петропавловской церкви при Сестрорецких оружейных заводах, а отсюда в 1817 г. переведен в Преображенский собор; в 1821 г. назначен священником в л.-гв. Кирасирский полк.
Александр Андреевич Светлов.—По окончании полного Академического курса, поступил в 1825 г. 12 сентября учителем в Александро-Невское духовное училище, и того же года 25 декабря рукоположен во диакона в Преображенский всей гвардии собор.
Протодиакон Петр Сафронович Петровский с 1829—1839 г. По Высочайшей воле в 1829 г. перемещен был из протодиаконов Курской епархии к Преображенскому всей гвардии собору, а в 1839 г. рукоположен во священника церкви С.-Петербургского Митрофаниевского кладбища.
Протодиакон Александр Степанович Степанов с 1839— 1869 г. По окончании курса в С.-Петербургской духовной семинарии, рукоположен во диакона в Московский придворный Благовещенский собор в 1836 г. ноября 6 дня. В 1839 г. октября 9-го переведен в Преображенский всей гвардии собор. В 1863 г. возведен в протодиакона. Находился в составе войск гвардии, охранявших побережье С.-Петербургской и Выборгской губерний 1853—1856 г. Имел бронзовую медаль в память войны 1853—1856 г. Умер 1869 г. 29 марта, 56 лет.
Псаломщики и пономари.
Иоанн Петров Таратин с 1809—1815 г. Обучался в армейской семинарии. В 1809 г. из дьячков армейской семинарии переведен псаломщиком в Преображенский собор. В 1812 г. произведен во диакона к церкви Главной квартиры 1-й западной армии, с удержанием за собою, при Преображенском соборе псаломщицкого места. Состоя при Главной Императорской Квартире, он 1812—1813 г. следовал с нею в походе за границею: в Польше, Пруссии, Саксонии и Богемии. В 1815 г. определен штатным диаконом к Динаминдской преображенской церкви, в г. Митаве, при главной квартире начальника 1-го отдельного корпуса.
Захарий Михаилович Михайлов, в 1813 году из дьячков л.-гв. Драгунского полка переведен пономарем в Преображенский собор, из которого, 1814 г., вышел в обер-офицеры с.-петербургского ополчения.
Иустин Милкевич. В Преображенский собор назначен в 1815 года марта 16-го из дьячков главной квартиры 1-й западной армии, с которою 1812, 1813 и 1814 г. был в походе и при сражениях: под Смоленском, при Бородине и под Парижем.
Евтихий Яковлев Казанский. В 1826 г. декабря 5 дня определен пономарем в Преображенский собор, из дьячков с.-петербургской епархии. В 1828—1829 г. с полком находился в походе и был при взятии крепости Варны. Умер в 1845 году.
Василий Петрович Верещагин. Из студентов Тверской духовной семинарии, в 1860 г. марта 28-го, определен псаломщиком в Преображенский всей гвардии собор, из которого в 1861 г. переведен к церкви двора Его Императорского Высочества Великого Князя Михаила Николаевича. В настоящее время состоит протоиереем при церкви Николаевской чесменской военной богадельни.
Дмитрий Егорович Вишневский. Из студентов Новгородской духовной семинарии, определен на должность псаломщика в Преображенский собор в 1869 году, а 1870 года назначен священником в 4-й гренадерский Несвижский полк.
Степан Иванович Надежин, из окончивших курс Новгородской духовной семинарии. Назначен в Преображенский собор на должность псаломщика в 1869 г. мая 16-го. Рукоположен во диакона на псаломщиком окладе мая 9 го 1871 года. Перемещен штатным диаконом в Сергиевский всей Артиллерии собор в 1875 году февраля 9-го дня.
Василий Васильевич Херсонский, из окончивших курс семинарии. В 1873 году определен псаломщиком в Преображенский собор, а в 1876 году назначен священником в 14 Гусарский Нарвский полк. Ныне состоит в 4-м л.-гв. Стрелковом Императорской фамилии батальоне.
Павел Дмитриевич Соколов, из окончивших курс Московской духовной саминарии—с 1870 г. Переведен к церкви Зимнего Дворца 1871 года.
Иван Дмитриевич Молчанов, из окончивших курс Тверской семинарии — с 1872 года. Переведен к церкви Зимнего Дворца в 1873 году.
- 5.
Наличный причт собора.
Настоятель-протоиерей Петр Алексеевич Зиновьевский; он же и благочинный гвардейского духовенства. В соборе служит с 10 декабря 1869 года.
Сакелларий-протоиерей Иоанн Антонович Философов. Состоит в соборе с 16 марта 1889 года.
Священник Александр Филиппович Златковский. Определен в собор 16 марта 1889 года.
Протодиакон Константин Николаевич Чепурин. В соборе— с 4 марта 1862 года.
Диакон, на псаломщицкой вакансии, Николай Яковлевич Окунев—с сентября 1861 года. Диаконом же—с 1875 года.
Петр Васильевич Кутозов—с 8 августа 1873 года.
Алексей Петрович Соловьев—с 12 февраля 1875 года.
Иван Иванович Борисоглебский—с 1881 года.
(Продолжение будет).
¹) Доношение Синоду Обер-Священника Державина 18 Апр. 1808 г.
Original: p. 138, p. 139, p. 140, p. 141, p. 142, p. 143, p. 144, p. 145, p. 146, p. 147
Пребывание Главного Священника Гвардии, Гренадер, Армии и Флота Александра Алексеевича Желобовского в г. Кронштадте 24 и 25 минувшего января.
Нынешний год на день храмового праздника в предельном (во имя Божией Матери «Утоли моя печали») храме Кронштадтской крепостной Владимирской церкви, по просьбе настоятеля сей церкви пр. В. В. Салтыкова, прибыл из С.-Петербурга в Кронштадт 24 января Главный Священник Гвардии, Гренадер, Армии и Флота Протоиерей А. А. Желобовский.
Приезд Главного Священника произвел в Кронштадтской жизни выдающееся оживление.
В 5-ть часов вечера 24 января, по распоряжению командира Кронштадтской крепостной артиллерии, на местном артиллерийском дворе засветилось электрическое солнце, лучи которого нарочито направлены были на Владимирский храм и на нем сосредоточены. Вследствие чего явилась дивная картина. Владимирский храм, при вечерних сумерках, освещенный лучами электрического солнца, эффектно выделился в своих прекрасных очертаниях из числа прочих зданий Кронштадта; и чем более сгущался над Кронштадтом мрак ночи, тем эффектнее и рельефнее выделялся Владимирский храм.
Причина такого освещения Владимирской церкви, конечно, не замедлила выясниться между Кронштадтцами, и—они с разных концов города начали стекаться ко Владимирской церкви.
В 5½ часов вечера Главный Священник (остановившийся в квартире протоиерея Салтыкова) принимал в своей временной квартире подведомственное ему Кронштадтское духовенство.
Прием был истинно отеческий.
Пригласив священников садиться, Его Высокопреподобие обратился к ним с краткою, задушевною речью.
К сожалению, мы не имеем возможности привести эту речь дословно; почему и должны ограничиться только кратким указанием на ее сущность, считая такое указание не бесполезным для всего военного духовенства.
В этой речи, краткой, но сильной, Главный Священник указал настоятелям церквей на необходимость составления ими исторических описаний вверенных им церквей и призывал всех священников заняться составлением введенных ими с нижними чинами духовных бесед, для напечатания сих описаний и более выдающихся по своему достоинству духовных бесед в «Вестнике Военного Духовенства».
Затем, пожелав духовенству успеха на поприще служебной деятельности, Главный Священник с ним любезно распростился.
Кронштадтское духовенство, откланявшись Главному Священнику, в полном своем наличном составе направилось в придельный храм Владимирской церкви. Лишь только оно успело взойти в храм, как в 6 часов вечера, на колокольне Владимирской церкви раздался торжественный звон ко всенощной, для слушания которой вскоре прибыл в церковь и Главный Священник, встреченный, при входе в храм, всем подведомственным ему Кронштадтским духовенством.
В это время церковь была уже полна молящихся. Но все-таки это была лишь меньшая часть желавших на этот раз помолиться в придельном храме Владимирской церкви; остальная же—большая часть, по причине громадного стечения народа, не могла пробраться в церковь и, по необходимости, должна была остаться в церковной ограде; где многие, смотря в окна придельного храма, (помещающегося в нижнем этаже Владимирской церкви) и оставались до совершенного окончания всенощного бдения, желая, хотя, по выходе Главного Священника из церкви, принять от него благословение.
Всенощное бдение совершено было с особенною торжественностью. Главный Священник, в сопровождении 8 протоиереев и священников и 3 диаконов (бывших в белых серебряного глазета облачениях), выходил на литию и величание, по окончании которого всех, прикладывавшихся к иконе Божией Матери «Утоли моя печали», помазывал освященным елеем, лично, до самого окончания всенощной.
На другой день, т. е. 25 января в 9-м часу утра Главный Священик, в сопровождении благочинного Кронштадтских военных церквей, прибыл в Кронштадтский Мариинский дом призрения вдов и сирот армейского и флотского духовенства, где осматривал квартиры призреваемых, посетив каждую квартиру и употребив на это более часа времени.
При своем посещении Его Высокопреподобие отечески-милостиво разговаривал с призреваемыми, распрашивая их об их жизни и нуждах и, отечески входя в положение сирот, некоторых ободрял своим отечески-внимательным словом, а других—и обещанием увеличения им вспомоществования от Совета общества, чем и доставил призреваемым истинное утешение.
Так как времени было уже около 10-ти часов утра, то Главный Священник, преподавши благословение призреваемым, направился к Владимирской церкви для совершения Божественной Литургии.
Ровно в 10-ть часов утра на колокольне Владимирской церкви раздался праздничный звон к Литургии.
Но еще задолго до начала этого звона народ с разных концов города начал собираться ко Владимирской церкви, и собираться в громадном количестве. Такое стечение народа предвиделось еще накануне, почему предусмотрительным распоряжением военного начальства, при входе в придельный храм Владимирской церкви с внешней стороны, и поставлено было шесть человек жандармов. Но, несмотря на это, церковь была уже полна молящимися еще до прихода туда Г. Главного Священника, который прибыл в церковь в начале самого звона к литургии.
При входе в храм Его Высокопреподобие встречен был имеющим участвовать в сослужении с ним литургии духовенством.
Божественную литургию Главный Священник совершал соборне с протоиереями: Салтыковым, Кучеревским и Успенским и священником Корольковым, при трех диаконах: Сперанском, Поспелове и Ивановском.
Служение литургии было весьма торжественное.
В церкви присутствовали: военный Кронштадтский губернатор и главный командир Кронштадтского порта вице-адмирал С. П. Шварц, Кронштадтский комендант контр-адмирал В. Н. Брылкин, начальник Штаба Кронштадтской крепостной артиллерии и много других начальствующих лиц военного звания, которые все были в парадной форме.
Должно сказать, что во все время служения литургии народ сплошною стеною стоял вокруг храма.
По заамвонной молитве Главный Священник вышел на церковную кафедру и с свойственным ему красноречием произнес глубоко-прочувствованное слово на тему: «кто бывает виною людских печалей и скорбей и где христианин должен искать утоления своих печалей и облегчения своих скорбей».
Это слово, произнесенное с образцовою дикцией, произвело на слушателей глубоко умиляющее впечатление; и мы видели как у многих из слушателей, во время этого слова, текли слезы: слезы умиления, слезы сокрушения о сделанных грехах, те хорошие слезы, которые облегчают наболевшую грешную душу.
По крайней мере, так это чувствовали мы сами и так слышали об этом от других.
Сила впечатления этого слова не может поддаться никакому описанию; ее можно только чувствовать, но не передавать словами.
Передавать словами это впечатление, по нашему мнению, значит только умалять его достоинство, почему мы и умалкиваем.
Прибавим только от себя: счастливы те, которые имели возможность ощущать это впечатление!
По окончании Литургии Главный Священник, в сопровождении восьми протоиереев и священников и четырех диаконов, вышел из алтаря на середину храма, для совершения молебствия пред иконою Божией Матери «Утоли моя печали», пред которою с особенным чувством и внятностью прочитал положенную молитву Божией Матери. При окончании молебствия диаконом Поспеловым громогласно произнесено было многолетие:
- 1)
Государю Императору, Государыне Императрице, Наследнику Цесаревичу и Всему Царствующему Дому;
- 2)
Святейшему Правительствующему Синоду и Высокопреосвященнейшему Исидору—Митрополиту Новгородскому, С.-Петербургскому и Финляндскому и
- 3)
Христолюбивому Всероссийскому Победоносному Воинству.
Так окончилось собственно церковное торжество храмового праздника в придельном храме Кронштадтской Владимирской церкви,—торжество, которое останется надолго в памяти Кронштадтцев.
Но продолжение сего празднества было еще в квартире настоятеля Владимирской церкви—протоиерея В. В. Салтыкова, который, по окончании молебствия, многих из лиц, присутствовавших в церкви, пригласил к себе на обед.
На этом обеде присутствовали: Главный Священник гвардии, гренадер, армии и флотов Александр Алексеевич Желобовский, военный Кронштадтский губернатор и главный командир Кронштадтского порта вице-адмирал С. П. Шварц, Кронштадтский комендант контр-адмирал В. Н. Брылкин, начальник штаба Кронштадтской крепостной артиллерии, начальники сухопутных частей, расположенных в Кронштадте, много офицеров местной крепостной артиллерии и все Кронштадтское военное духовенство.
Обед этот прошел оживленно. В конце его хозяин—протоиерей В. В. Салтыков обратился к Г. Главному Священнику с следующею речью:
Ваше Высокопреподобие!
«Не нахожу слов для выражения чувства благодарности за то, что Вы удостоили своим присутствием почтить сегодняшнее церковное торжество.
Предстоя пред Престолом Божиим в сослужении с Вашею Особою, моя душа была преисполнена чувств благодарения Господу, предстательством Царицы Небесной благодеявшему мне, недостойному.
Своим присутствием Вы усугубили день церковного празднества и доставили мне случай и утешение видеть за трапезою высоких Особ, ближайших исполнителей мудрых повелений Возлюбленнейшего нашего Государя Императора и—передовых водителей воинов на поле брани.
В период своего служения я пользовался милостивым вниманием бывших Главных Священников: В. И. Кутневича, М. И. Богословского и П. Е. Покровского, но и Вы, с первых дней начальствования над военным духовенством, взыскали мое недостоинство своим вниманием и с полною отеческою любовью отнеслись к моему болезненному состоянию, не переставая проявлять знаки своего начальнического расположения, каковое, не доумеваю: заслуживаю ли я?! Глубоко благодаря Ваше Высокопреподобие за участие в служении в сем храме, при котором я служу, долг сердца побуждает меня молиться Пресвятой Богородице: да будет всегдашнею Предстательницею о Вас пред Престолом Своего Единородного Сына Господа нашего Иисуса Христа и Он, Премилосердный, да соблюдет Вас на пользу св. Церкви и Отечества на много лет.
Всем присутствующим предлагаем здравицу за Его Высокопреподобие Александра Алексеевича Желобовского».
Присутствующие пропели: «многая лета».
На эту речь Главный Священник ответил приблизительно следующее: мне приятно иметь и видеть в своем ведомстве таких энергичных и деятельных пастырей как отец протоиерей В. В. Салтыков, усердно и умело заботящийся о благе вверенной ему церкви. Подобных деятелей— священников желательно иметь в военном ведомстве побольше. Маститого старца о. Василия Салтыкова да хранит Господь на многие годы!
Присутствующие пропели также: «многая лета».
После сего предложены были тосты: за Кронштадтского Военного Губернатора и Главного командира Кронштадтского порта Вице-Адмирала С. П. Шварца, за Коменданта Кронштадтской крепости Контр-Адмирала В. Н. Брылкина, за военных начальников и за военное духовенство.
Этим последним тостом и закончилось настоящее празднество.
Так как Главный Священник спешил своим отъездом в С.-Петербург, то все присутствующие, по окончании обеда, и начали вскоре откланиваться Его Высокопреподобию и радушному хозяину протоиерею Салтыкову.
Последним откланивалось Главному Священнику подведомственное ему Кронштадтское духовенство, с которым Его Высокопреподобие распрощался весьма любезно.
При своем отъезде из Кронштадта Его Высокопреподобие изволил навестить больного бывшего настоятеля Кронштадтской Морской Богоявленской церкви, почтеннейшего и заслуженнейшего старца (ныне уже умершего) протоиерея П. И. Строкина, и—удостоить своим, на несколько минут, посещением настоящего настоятеля сей церкви, протоиерея С. А. Кучеревского.
Смеем сказать, что настоящий приезд Главного Священника Александра Алексеевича Желобовского в Кронштадт, по силе и приятности своего впечатления, надолго останется в памяти и сердцах благодарных Кронштадтцев.
Кронштадтской Морской Богоявленской церкви Протоиерей Иоанн Успенский.
Original: p. 147, p. 148, p. 149, p. 150, p. 151, p. 152
Редактор, Священник Иоанн Таранец.
От С.-Петербургского Духовного Цензурного Комитета печатать дозволяется. С.-Петербург, Февраля 24 дня 1890 года. Цензор Архимандрит Григорий.
Тип. «Артиллерийского Журнала», Фурштатская, № 21.
Original: p. 152
