ЧАСТЬ НЕОФИЦИАЛЬНАЯ,
СЛОВО НА НОВЫЙ ГОД.
Помыслих дни первые, и лета вечная помянух, и поучахся. Пс. 76, ст. 6.
Так взывал в одном из своих псалмов царственный пророк Давид! В размышлении о днях минувших и памятовании о вечности святая душа его находила для себя назидание и урок.
Настоящий день, сл.-хр., сам собою наводит нашу мысль и на дни первые и на лета вечные.
Вступая в новый год, невольно припоминаешь протекшее время и невольно задумываешься над грядущим будущим, которое простирается в вечность. Сколько мыслей самых назидательных и поучительных и сколько чувствований истинно-христианских возникает в душе при размышлении об этом!
Мы поступили бы вовсе не по-христиански, если бы, начиная новое лето своей жизни, оставили без внимания те спасительные уроки, которые преподает нам новый год, возводя нашу мысль к дням первым и напоминая о летах вечных. Если когда, то в нынешний день всего приличнее помыслить нам о днях первых и лета вечная помянуть и поучиться.
Обращая мысль свою на протекший год, мы прежде всего удивляемся той быстроте, с которою он прошел. Давно ли мы встречали этот минувший год? Давно ли начинали его и задумывали в течение его сделать то и то? Давно ли строили различные планы, как и в чем проводить грядущий год и на что с пользою употребить время? Давно ли было все это,—но вот незаметно для нас самих прошел этот год и пред нами открылся новый год. Такая скоротечность времени невольно напоминает нам слова св. апостола Павла: «дние лукави суть», а вместе с тем и научает нас тому же самому, что преподает ими этот великий учитель, то есть, дорожить временем. «Блюдите, говорит он, како опасно ходите, не якоже немудри, но якоже премудри: искупующе время, яко дние лукави суть». (Еф. 5, 15—16).
Годы так быстро идут, а жизнь наша так коротка. «Человек, говорит Псалмопевец, яко трава дние его, яко цвет сельный тако отцветет» (Пс. 102, 15.). Время так скоротечно, а нам нужно так много сделать для небесного отечества, в которое вводят узкая врата и тесный путь (Мф. 7, 14) и которое наследуют одни только усердные искатели (Мф. 11, 12). Время так скоро летит, а у нас так мало сделано для спасения своей души: минувший год ясно и сильно обличает нас в этом.
Что мы делали в протекший год? Как провели его. Пересматривая дела своей жизни в прошедшее лето, мы, с прискорбием должны сознаться, что мало—очень мало, работали Господеви, а напротив, большую часть времени посвящали на служение плоти и миру. Те же греховные помыслы, те же преступные наклонности, запрещенные удовольствия, которые занимали нашу душу до прошедшего года, остались с нами и теперь,—и хорошо, если к ним не прибавилось еще чего-нибудь нового, гибельного и вредного для нашего спасения. Правда, иногда душа наша как бы пробуждалась от усыпления греховного, сознавала жалость своего положения, и, проникаясь покаянными чувствами блудного сына, взывала к праведному Судии: «Отче, согреших на небо и пред тобою» (Лук. 15; 18): незабвенные минуты жизни, но минуты и редкие и краткие! Добрые мысли, благие желания и святые чувствования, бывшие плодом этих дорогих минут нашей жизни, почти всегда и навсегда заглушались у нас житейскою суетою и мирскими заботами. Но к чему приводят нас все эти мирские заботы?
Положим, что наши усердные хлопоты о земных выгодах увенчались успехом, и мы в минувший год в этом отношении сделали приобретение для себя: обогатились, например, новыми познаниями, достигли новых почестей, нашли полезные для себя новые знакомства, наполнили житницы свои имуществом; но разве эти приобретения искупают нашу бедность и нищету душевную? Совершенно нет: «кая польза человеку», говорит Сама Небесная Истина, аще мир весь приобрящет, душу же свою отщетит; или что даст человек измену за душу свою» (Мф. 16, 26).
Прошедшего, не возвратить: одно средство остается для нас поправить ошибку, это—искреннее раскаяние пред Господом в неправильном употреблении нами протекшего года и начатие с нового года—новой лучшей жизни. Престанем убивать все время на приобретение сокровищ земных, сокровищ, которые и непрочны, и обманчивы, и ничтожны. Обратим взгляд свой опять на минувший год, и он самым наглядным образом подтвердит нам эту истину.
Красная мира сего, громко вещает нам прошедший год, суть пустой призрак, обольстительный только для глаз; все удовольствия и наслаждения земные, как сон, проходят. То, чего мы усильно домогались, после того, как сделалось нашим, теряло для нас всю свою цену; мы устремлялись к новым предметам, к новым удовольствиям, достигали их,—и что же? Опять не удовлетворялись, опять не останавливались на них, а в все томились новыми и новыми желаниями. Так мало земные блага, удовлетворяют потребностям нашей бессмертной души! Притом, как часто эти блага, скажем словами св. Иоанна Златоустого, «улетают от нас скорее всякой птицы и убегают неблагодарнее всякого беглеца?» (св. Иоанна Златоустого бес. о св. муч.—см. хр. чт. 1846 г., ч. II, стр. 21—22). Сколько найдется богачей, которые в прошедший год лишились всего своего имущества и сделались бедными? Сколько—честолюбцев, которые с высоты величия ниспали в ряд людей без почестей и славы? Сколько беспечных, которых среди самых удовольствий и утех застигла смерть и внезапно переселила в иной—загробный мир? Не ясно ли все это говорит нам, что мы пришельцы и странники на земле (Евр. 11, 13), а потому и должны жить здесь, как странники. Путник всегда держит в мысли ту страну, к которой стремится, и продолжает свое путешествие, равнодушно оставляя позади себя все, что ни встречается ему приятного и привлекательного для взоров. Так и мы должны проходить путь странствования своего в этом мире, всегда помня, что здесь, на земле, мы только на время, а наше отечество—небо, где мы будем жить вечно.
А как благотворно и спасительно для нас это памятование о вечности! Подумаешь о небе и невольно припомнишь смерть, страшный суд, вечные мучения грешников и нескончаемое блаженство праведников. А смерть, страшный суд и ад—такие предметы, при одной мысли о которых умолкает всякое греховное пожелание и утихает всякая страсть. Самые ожесточенные грешники, как показывает опыт, трепещут пред лицем смерти, и нередко искренне сознаются в своих гибельных заблуждениях. Сознавать свои грехи и раскаиваться в них в этой жизни всегда спасительно, и никогда не бывает поздно. Благодетельное влияние постоянного памятования о смерти и следующей за нею вечной жизни на нравственность человека так велико, что тот, кто содержит его всегда в своем уме, по слову Премудрого, во веки не согрешит. «Во всех словесех твоих поминай последняя твоя, вещает он, и во веки не согрешиши» (Сир. 7, 39).
Хорошо понимали и твердо помнили это все святые угодники Божии. Многие из них, как показывают жизнеописания, для предохранения себя от греховных помыслов и преступных пожеланий, постоянно имели пред глазами такие предметы, которые бы всегда напоминали им о будущей—загробной вечной жизни: пример в высшей степени достойный нашего подражания!
К таким мыслям,—мыслям весьма поучительным и назидательным приводит христианина настоящий день, пробудив в душе его размышление о днях минувших и воспоминание о вечности. В грядущее новое лето постараемся приложить эти мысли к своей жизни. Мало мы дорожили скоротечным временем в прошедший год, немного сделали для спасения своей души; вознаградим потерю в настоящий год, принесши плоды, достойные покаяния. Блага земные обманчивы, ничтожны, мы это испытали в минувший год: наученные горьким опытом, не будем гоняться за ними в грядущее лето, помня, что мы созданы не для земли, а для неба. Памятование о небесном отечестве нашем может служить для нас лучшим предохранением от грехов: напечатлеем же его в своей душе и будем во всех словесех своих помнить последняя своя, да не согрешим. Кто знает, быть может, смерть ко многим из нас уже весьма близка; быть может, наступающий год—уже последний год странствования нашего на земле, и следующий новый год многим из нас придется встречать в стране вечности.
Поэтому «пока еще живем в мире сем, скажем словами одного святого отца, мы должны каяться от всего сердца в тех беззакониях, которые мы соделали в плоти, дабы получить от Господа спасение, доколе имеем время покаяния; ибо, переселившись от мира сего, мы уже не можем там исповедаться или покаяться» (св. Клим. Р. 2 посл. к Кор., гл. VIII. См. Хр. Чт. за 1843 г., ч. II, стр. 50).
Делати подобает, говорит Слово Божие, дондеже день есть: придет нощь, егда никтоже может делати (Иоан. 9, 4).
Original: p. 5, p. 6, p. 7, p. 8, p. 9
К вопросу о положении и деятельности военного духовенства в истекшем году.
Год назад, приступая к изданию «Вестника Военного Духовенства», мы пытались наметить причины, вызвавшие «не совсем светлый и лестный взгляд» на прошлую жизнь и деятельность военного духовенства ¹) и указать на задачи пастырского служения в войсках, требуемые настоящим временем ²). Эти задачи—как и причины, так или иначе задерживавшие пастырскую и в частности и религиозно-просветительную деятельность военного духовенства до последнего времени, раскрывались и выяснялись в других статьях нашего органа ¹). Тогда же мы высказали и твердую надежду, что военное духовенство «сердечно отнесется к искреннему желанию своего непосредственного Начальника рассеять не совсем светлый и лестный взгляд большинства на военное духовенство и постарается оправдать надежды, возлагаемые на него и правительством и обществом». Высказали также и то, что правильное возрастание и укрепление печатного органа военного духовенства, «обусловленное своевременным притоком питательных соков, будет служить по этому самому и мерилом постепенного возвышения пастырской и в частности духовно-просветительной деятельности военного духовенства».
¹) «Вестн. Воен. Духовенства» № 1, стр. 8—12. ²) Там же № 2, стр. 42.
Прежде чем, на основании опыта протекшего года, делать те или другие выводы и говорить о надеждах в будущем, весьма полезно и даже необходимо обозреть вкоротке важнейшие законоположения и мероприятия, которые в истекшем году были направлены к возвышению деятельности военного духовенства, указать на затруднения, испытываемые военными пастырями в прохождении ими своей миссии, отметить более важные вопросы, которых касался наш орган и воспроизвести хотя некоторые факты и события из жизни и деятельности военного духовенства и его паствы за протекший год. При этом считаем нужным заметить, что мы не задавались, да и не имели возможности, при слабости своих сил и скромности размеров самого органа, воспроизвести на страницах последнего во всей полноте, так сказать, пастырскую и в частности религиозно-просветительную деятельность военных пастырей в течение протекшего года и уловить все оттенки религиозной жизни его паствы. Из присылаемых статей и корреспонденций ²) мы старались печатать казавшиеся нам более характерными, но, конечно, не все даже и более характерное из жизни и деятельности военного духовенства могло быть записано.
Протекшей год был замечателен по законоположениям и мероприятиям, как высшего церковного начальства, так о. Протопресвитера Военного и Морского Духовенства и военного начальства, которые были направлены к возвышению деятельности военного духовенства и к более правильному, соответствующему потребностям времени, ведению церковного хозяйства. Первое место здесь должно занять, конечно, «Положение об управлении церквами и духовенством военного и морского ведомства» ¹). Это «Положение» окончательно упрочило и узаконило объединение военного духовенства, разделявшегося на гвардейское и армейское. Значение «Положения» в преуспеянии миссии военных пастырей и в нравственном их сближении с епархиальным духовенством выяснено на страницах нашего журнала ²). Еще раньше этого Высочайше утвержден «Штат духовенства церквей морского ведомства» ³); по этому штату морское духовенство сравнено с военно-сухопутным в служебных правах и преимуществах и в денежном довольствии. Положение о правах священнослужителей военного ведомства на получение орденов за выслугу лет ⁴), напоминая последним, что труды их не забываются, должно побуждать их к усердной пастырской и религиозно-просветительной деятельности среди русского воинства. «Инструкция церковным старостам ⁵) (рассматриваемая в связи с V гл. нового «Положения»), призывая к участию в ведении церковного хозяйства «представителей прихода», должна способствовать более правильной и целесообразной постановке последнего. Отношения между старостою и ктитором со временем выяснятся сами собою на практике. Возможно правильное и целесообразное ведение церковного хозяйства весьма важно особенно в настоящее время; так как от состояния церковного хозяйства зависит благолепие храмов Божиях, лучшая постановка хоров и церковных библиотек, в чем так нуждаются полковые церкви.
¹) См. ст. прот. Гр. Ив. Фалютинского: «Положение и задачи священника в полку» («Вест. Воен. Духовенства» №№ 3 и 4); «Значение нового «Положения» об управл. воен. паст.» (№№ 17 и 18) и др..
²) Нужно сказать, что, кроме обязательных проповедей и мелких корреспонденций, напр., освящения храмов, описания тех или др. духовн. торжеств, похорон, статей в собствен. смысле почти не присылалось.
Между мероприятиями, имеющими непосредственное отношение к религиозно-просветительной деятельности военного духовенства на первом месте нужно поставить «Программу по Закону Божию для полковых и других воинских учебных команд», ¹) выработанную особою комиссиею, учрежденною в 1889 г. Главным Священником Гвардии, Гренадер Армии и Флота Ал. Ал. Желобовским. В этой программе указано самое существенное, что необходимо знать нижнему чину воинской команды; выпустить и сократить что-либо в ней комиссия не нашла возможным. Программа эта, по мнению комиссии, может быть выполнена только при 2-х уроках в неделю, или 30 в год; между тем в учебных командах для Закона Божия уделяется только 1 час в неделю, или около 20-ти в год; понятно, что программа, рассчитанная на 30 уроков, не может с успехом быть пройдена в 15 уроков. ²) Военные пастыри остаются в твердой надежде, что желание их, высказанное на V братском собрании военных священников в С.-Петербурге ³), иметь два урока в неделю вместо одного, будет уважено. К этому доброму и благовременному желанию военных пастырей мы считаем долгом присоединить указание светских и духовных журналов на нежелательное влияние возвращающихся солдат на крестьянскую среду ⁴), а также и то, что по наблюдениям и статистическим данным отставные солдаты играют немаловажную роль в распространении штундизма ⁵). Так как из учебных команд ежегодно выходит от 12 до 15-ти тысяч солдат—руководителей и воспитателей (вахмистры, фельдфебели), то, понятно, сколько они могут внести добра в ряды армии и в народ. «Воспитанниками этих учебных команд, говорит журнал «Церковно-Приход. Школа», состоят унтер-офицеры—эти дядьки и пестуны молодых солдат и всех прочих рядовых; они играют громадную воспитательную роль и являются первыми учителями и руководителями солдата во всем, а равно и в религии.... Эта школа должна вложить свои чувства и душу в сердце своих питомцев, как проводников в ряды армии чистого духа веры, народности, любви и преданности Престолу и Отечеству» ¹).
¹) «Вестн. Воен. Духовенства» № 14.
²) См. ст. прот. Гр. Ив. Фалютинского (там же №№ 17 и 18). Этому предмету посвятил передовую статью и «Церк. Вестник» (№ 40-й 1890). В связи с положением об управлении церквами и духовенством воен. и морского ведомств последовало Высочайшее соизволение на переименование Главного Священника Гвардии, Гренадер, Армии и Флота в Протопресвитера Военного и Морского Духовенства и на упразднение должности Главного Священника Кавказской армии («Вестн. Воен. Духовенства», № 15).
³) «Вестн. Воен. Духовенства», № 6. ⁴) Там же.
⁵) Там же № 15.
¹) Там же № 12.
²) В видах лучшей постановки преподавания Закона Божия в учебных командах, в библиографическом отделе нашего журнала прот. Т. П. Дивовым были помещены рецензии на некоторые учебники, изданные для учебных команд; здесь же указано, что желательно видеть в таких учебниках (см. №№ 8, 11, 13 и др.).
³) «Вестн. Воен. Духовенства» № 6, стр. 173.
⁴) У нас (№ 1, стр. 11) уже были указаны некоторые статьи, касавшиеся этого вопроса («Руков. для сельск. пастырей» 1884 г., № 12; 1886 г., №№ 24 и 45; «Церк. Вестн.» 1886 г., №№ 31 и 32; «Русский Вестн.» 1889 г., май, стр. 268 и пр.
⁵) «Вестн. Воен. Духовенства» № 12, стр. 378.
Весьма важное значение в деле религиозно-нравственного возвышения русского воинства должен иметь также Указ Святейшего Синода об учреждении к каждом приходе вероучительных собеседований ²). Нужно, впрочем, сказать, что внебогослужебные собеседования сделались обязательными для военных пастырей еще в 1889 г., в силу распоряжения Главного Священника Гвардии, Гренадер, Армии и Флота А. А. Желобовского. Внебогослужебные собеседования имеют в виду удовлетворить религиозно-нравственным потребностям того преобладающего большинства нижних чинов, которые не обучаются в учебных командах. Как дело недавнее, внебогослужебные собеседования не имеют еще определенной, строго выработанной программы; более правильная и прочная их организация еще в будущем ³), хотя благотворное их действие на солдат замечается уже и теперь ⁴).
К важным и совершенно необходимым средствам, обусловливающим правильное развитие религиозно-просветительной деятельности военного духовенства, нужно отнести предложение г. Главного Священника об устройстве на церковные суммы во всех военных церквах церковных библиотек, с целью распространения книг назидательного содержания между нижними чинами, а также и о представлении каждым военным священником ежегодно в редакцию «Вестника Военного Духовенства» не менее 2-х проповедей или внебогослужебных бесед собственного сочинения ¹). Полезность и благотворность той и другой меры говорят сами за себя.
¹) Там же № 12, стр. 379.
²) Там же № 18.
³) Напечатав «Советы дивизион. благочинного подведомым ему свящ. относительно ведения ими внебогослуж. бесед» («Вестн. Воен. Духовенства» № 19, стр. 600), редакция ожидает, что и другие опытные пастыри, давно ведущие это дело, поделятся своими мнениями и помогут тем более полному и всестороннему выяснению этого вопроса.
Весьма желательно было бы также, чтобы даровитые пастыри занялись составлением приспособленных к пониманию нижних чинов бесед (по Священ. истории, Богослужению и проч.), которые могли бы быть иллюстрированы туманными картинами; при составлении таких бесед необходимо руководствоваться замечаниями, сделанными в статье шт.-р. Дашкова: «Свод отчетов первого 10-летия чтений с туман. картинами...» («Вестн. Воен. Духовенства» № 19, стр. 604). Нам известно, что некоторые военные священники нарочно, по распоряжению своего начальства, приезжали в СПБург, чтобы узнать, как ведется это дело в Соляном городке.
⁴) «Вестн. Воен. Духовенства» № 9, стр. 283.
Благовременность 1-й меры сделалась особенно необходимою ввиду обнаружившихся некоторых данных о попытках Пашковцев пропагандировать свое учение, между прочим, и в войсках ²). Это еще раз доказывает, что военные пастыри должны сосредоточить особенное свое внимание на учащихся в учебных командах, чтобы через них успешнее действовать и на других нижних чинов. Существование церковных библиотек предполагается и новым «Положением» ³). По некоторым известным нам данным можно судить, что как сами военные пастыри так и гг. ктиторы и старосты относятся к этой мере весьма сочувственно. Некоторые же из военных пастырей пришли к благой мысли устроить при церквах иконно-книжные лавки и так называемые летучие библиотеки, имея в виду распространение среди нижних чинов религиозно-нравственных книг, священных изображений и св. икон в духе православной Церкви ⁴). Нельзя не отнестись с полным сочувствием к такому благому начинанию. Известно, что такие иконно-книжные лавки в некоторых епархиях, при помощи местных братств, уже заводятся и приносят благотворные последствия ¹).
¹) Там же № 6, стр. 161 и 174.
²) Там же № 22, стр. 6[неразборчиво]2. Известно, что право надзора за книгами духовного содержания, появляющимися среди нижних чинов, принадлежит гг. ротным командирам, которые должны прочитывать и делать собственноручную надпись о дозволении для чтения известной книги; но в действительности, конечно, трудно уследить, чтобы в среду нижних чинов так или иначе не проникали книжки нежелательного направления, так как последние могут приобретаться нижними чинами и частным образом. По крайней мере в духовной литературе не раз указывалось на это («Церк. Вестн.», 1886 г., № 21, стр. 347); указывалось также и на то, что не всегда здоровая пища предлагалась нижним чинам и светскою литературою («Правосл. Обозрение» 1877 г., ноябрь, ст. Лескова; «Церковно-Общ.— Вестн.» того же года, № 143). Нам известно, что и теперь, благодаря ли усердию непрошенных ревнителей или случайным приобретениям, проскальзывают в среду солдат книжки нежелательного и даже вредного направления. Одни из них носят религиозный характер, как напр. брошюрка, под заглавием: «Сон Пресвятой Богородицы в граде Вифлиеме» («Вестн. Воен. Духовенства», № 13, стр. 388); другие же, не касаясь религии, сомнительным своим направлением могут внести немалую смуту в понятия нижних чинов.
Весьма желательно, чтобы, одновременно с устройством собственно церк. библиотек, пополнялись духовными журналами полковые, ротные и др. библиотеки. Об этом уже говорилось на страницах нашего журнала (№ 22, стр. 701—2).
³) См. 52 ст. «Положения» («Вестн Воен. Духовенства», № 14, стр. 426).
⁴) Письмо в редакцию священника Троицкого.
Распоряжение о. Протопресвитера о представлении военными пастырями ежегодно не менее 2 х проповедей или внебогослужебных бесед было принято последними весьма сочувственно ²). Важное и благотворное значение этого мероприятия в свое время было уже выяснено на страницах нашего журнала ³). Так как характерные проповеди и беседы, примененные к условиям быта воинов, составляют один из главных отделов нашего органа, то мы считаем необходимым сказать по этому поводу еще несколько слов. При всем своем желании, редакция не всегда имела возможность помещать проповеди или беседы заблаговременно на предстоящие воскресные и праздничные дни: во 1-х, проповеди писались на темы, избираемые самими проповедниками, во 2-х—присылались по частям и большею частью после произнесения оных. В настоящее же время, располагая уже некоторым запасом проповедей и бесед и имея в виду и поступление новых, редакция надеется вести этот отдел с большею исправностью и полнотою. И мы питаем уверенность, что проповеднический отдел в нашем журнале со временем займет свое надлежащее место, окажет несомненную услугу духовенству и с тем вместе доставит здоровую пищу для нижних чинов.
В прохождении своей пастырской и религиозно-просветительной деятельности военное духовенство нередко встречало живое содействие со стороны военного начальства ⁴), которое стремилось к тому, чтобы воины чтили св. веру, исполняли таинства, обряды и другие церковные постановления; стараясь утвердить религиозное направление в войсках, военное начальство в то же время содействовало пастырям в исполнении ими религиозно-нравственных задач и в пастырском руководительстве; такая «живая забота военного начальства о религиозном подъеме и развитии нижних чинов представляет весьма отрадное явление для священника, ревнующего о возможно лучшем выполнении своего пастырского долга» ¹). С особенно отрадным чувством отмечаем здесь «отеческую заботливость Августейшего Главнокомандующего» о нижних чинах, благодаря которой «почивший христолюбивый воин погребается с почетом, приличествующим защитнику Веры, Царя и Отечества» ²).
¹) См., наприм. «Странник» 1888 г., янв., стр. 145, 147; 1890 г., апр., стр. 635 и проч.
²) «Вестн. Воен. Духовенства» № 6, стр. 174.
³) См. ст. прот. Гр. Ив. Фалютинского по поводу этого распоряжения в № 7 «Вестн. Воен. Духовенства».
⁴) «Вестн. Воен. Духовенства» № 5 (Приказ от 5-го февраля 1890 г.); № 6 (Приказ от 31-го марта 1890 г.) и пр.
Не можем не отметить также сочувственного отношения и признательности к деятельности достойных воен. пастырей как со стороны начальствующих лиц, так и вообще общества гг. офицеров ³), и тех прекрасных отношений, которые существуют между священнослужителями и интеллигентным полковым обществом гг. офицеров ⁴).
Вот более важные законоположения и мероприятия высшей церковной власти и непосредственного начальника военного и морского духовенства и примеры живой заботливости военного начальства, направленные к возвышению пастырской и религиозно-просветительной деятельности военного духовенства и к удовлетворению религиозно нравственных нужд его паствы. Мы не останавливаемся на важном значении в этом отношении братских собраний военного духовенства, устраиваемых о. Протопресвитером как в С.-Петербурге, так и в различных городах России при обозрении им вверенных ему церквей и духовенства: польза их очевидна для каждого и уже выяснена на страницах нашего органа ⁵). При этом считаем для себя приятным долгом порадовать военных пастырей сообщением, что с будущего года на страницах нашего органа будет печататься отчет о ревизии церквей и духовенства, произведенной о. Протопресвитером в 1889 и 1890 гг.
¹) О значении приказа от 5-го февраля 1890 г. в религиозно-нравственном отношении см. ст. прот. Гр. Ив. Фалютинского в 5 № «Вестн. Воен. Духовенства».
²) Там же № 14, стр. 439 (см. «Распоряжения Главного Священника» и заметку прот. Д. Я. Никитина по поводу приказа от 6-го июня 1887 г. о воен. кладбищах).
³) Там же № 3, стр. 69 (о подн. наперстн. креста обществом гг. офицеров прот. Белопольскому); № 17, стр. 557; № 19, стр. 610 (50-летие священства прот. Виноградского); № 20, стр. 643 (юбилей прот. Беливина) и проч. Касаясь этого предмета, мы не можем не высказать сожаления, что своевременно не были доставлены нам сведения о торжествен. праздновании, при участии о. Протопресвитера, 35-летия служебной деятельности прот. Ал. Ив. Соколова, которому в этот день (1-го окт.) выражена была такая глубокая и сердечная симпатия со стороны пасомых и благодарность «Общества попечения о бедн. дух. звания» в прочитанных по этому случаю адресах, в поднесении драгоцен. креста, св. иконы и некотор. др. ценных предметов.
⁴) Там же № 22, стр. 691.
⁵) Там же № 22, стр. 689—391 (ст. прот. Гр. Ив. Фалютинского).
В параллель указанным законоположениям, мероприятиям и отеческой заботливости военного начальства о религиозно-нравственных нуждах нижних чинов, на страницах нашего органа печатались статьи, выясняющие миссию полковых священников среди русского воинства и благоприятные условия военной среды для лучшего осуществления идеала пастыря Церкви, как учителя и руководителя, ввиду новых требований от пастырей, вызываемых настоящими условиями жизни; при этом рекомендовалось военным пастырям сосредоточить особенную заботливость на обучающихся в учебных командах, как на будущих ближайших и непосредственных начальниках нижних чинов, могущих быть деятельными их помощниками в деле религиозно-нравственного воздействия на последних. Выяснялось—как должен поставить себя военный пастырь в интеллигентном военном обществе, состоящем из командира и офицеров с их семействами, чтобы занять подобающее его сану положение. Указывалось, какую пользу может сделать полковой священник для религиозно-нравственного образования нижних чинов и тем способствовать выполнению духовно-просветительных задач епархиальному духовенству; в частности говорилось, напр., о достойном приготовлении нижних чинов к таинству исповеди и проч. Печатались также статьи по поводу издаваемых законоположений и мероприятий ¹), а также и прежде изданных; разрешались недоуменные вопросы по введению в действие нового положения об окладах содержания военного духовенства ²); помещались рецензии на учебники по Закону Божию, предназначенные для учебных команд ³) и проч.
Но и при столь важных узаконениях и мероприятиях, идущих, так сказать, навстречу добрым стремлениям самого воен. духовенства, при живом сочувствии и содействии военного начальства, нельзя сказать, чтобы военное духовенство не встречало препятствий и затруднений, на пути своей деятельности. Сюда прежде всего нужно отнести «отсутствие во многих местах надлежащих помещений для совершения Богослужения», о чем и высказал о. Протопресвитер глубокое сожаление на последнем братском собрании воен. священников в г. С.-Петербурге, возвратившись из обозрения военных церквей в 1890 г. ⁴). На это «отсутствие» надлежащих помещений давно уже указывалось в литературе ¹); об этом свидетельствуют и воззвания о пожертвованиях на устройство полковых церквей как напечатанные уже у нас, так и имеющиеся в редакции. Недостаток удобных помещений для совершения Богослужения сознают и военные начальники и, по мере сил, заботятся об устройстве отдельных храмов для полков, как это ясно обнаружилось при обозрении о. Протопресвитером военных церквей Московского и Киевского военных округов (в 1890 г.), а также Варшавского и Виленского (в 1889 г.) ²).
¹) См. ст. Гр. Ив. Фалютинского («Вестн. Воен. Духовенства» №№ 3, 4, 5, 7, 17, 18 и др.).
²) См. ст. прот. А. А. Ставровского (там же № 6, стр. 167; № 1, стр. 19 и проч.)
³) Библиограф отдел вел прот. Т. П. Дивов.
⁴) «Вестн. Воен. Духовенства» № 22, стр. 691; см. также «Приказ» от 31-го марта 1890 г. (там же № 9).
Не могло, конечно, способствовать религиозно-нравственному возвышению русского воинства и то обстоятельство, что почти все артиллерийские и саперные бригады, резервные и стрелковые баталионы до сих пор не имеют своих отдельных священников и церквей. Можем, впрочем, порадоваться, что решение вопроса о назначении в эти части отдельных священников ожидается не в далеком будущем и что в случае крайней и настоятельной необходимости даже и теперь, до окончательного решения вопроса, следуют назначения священников в указанные части ³).
Одним из важных средств для религиозно-нравственного воспитания русского воинства, кроме проповеди слова Божия, должно служить благоговейное и чинное совершение Богослужения в полковых церквах. На неудовлетворенное и непривлекательное состояние Богослужения и в частности церковного пения в полковых церквах указывалось уже в литературе. ⁴) В развитии и усовершенствовании церковного пения в полковых церквах естественно заинтересовано само военное духовенство, так как этим путем оно может благотворно влиять на религиозное чувство, производить нравственное воздействие на пасомых и тем содействовать возвышению своего пастырского авторитета. Новое «Положение» (ст. 50) обязывает военных священников прилагать «старание о составлении из воинских чинов и обучающихся в полковых школах церковных хоров для пения при Богослужениях» ⁵). Нужно сказать, что потребность в лучшей постановке церковного пения в полковых церквах давно уже сознается военными пастырями; независимо от устройства церковных хоров, в некоторых военных церквах Богослужение отправляется при общем участии молящихся ¹).
¹) «Церковн. Вестн.» 1886 г., № 33, ст.—«Русская армия»...; 1887 г., № 25—26 (письма в ред.); 1888 г., № 3 и др.; в свое время и мы указывали на это («Вестн. Воен. Духовенства», № 1, 1890 г., стр. 12).
²) «Вестн. Воен. Духовенства» № 22, стр. 692; там же № 3, стр. 79.
³) Там же № 2 («К приказу от 17 нояб. 1889 г. за № 277»).
⁴) Там же № 3 стр. 77, ст. прот. Гр. Ив. Фалютинского.
⁵) Там же № 14, стр. 424.
В связи с вопросом о возможно лучшей постановке церковного пения в военных церквах, естественно возникает мысль о необходимости иметь более подготовленных (и, по возможности, постоянных) церковников... При этом нельзя не упомянуть и о затруднениях, испытываемых некоторыми военными пастырями вследствие отсутствия при них церковников во время походов и самой войны. Вопрос этот был затронут на одном из братских собраний военных священников в С.-Петербурге ²); о. Протопресвитер поручил двум священникам представить свои соображения по этому вопросу: соображения эти в настоящее время и представлены в редакцию «Вестника Воен. Духовенства».
Правильному ведению занятий по Закону Божию в полковых учебных командах и внебогослужебных собеседований вообще с нижними чинами не могла, конечно, содействовать и самая разбросанность некоторых полков (неизбежная, к сожалению!) ³). Новое «Положение», предусматривая это затруднение военных пастырей, значительно облегчает их ответственность в этом отношении. В примечании к 52 ст. этого «Положения» говорится, что «в частях войск, расположенных отдельно от полковых штабов, к преподаванию Закона Божия нижним воинским чинам приглашаются местные приходские священники»... ⁴). При совместном и дружном сеянии слова Божия приходскими и военными пастырями, религиозно-нравственное воспитание воинов пойдет несомненно успешнее, и самое влияние армии на народ будет благотворнее.
¹) См. ст. прот. Гр. Ив. Фалютинского (там же № 3 стр. 77); а также «Внебогослуж. беседу с чинами полка об общем церк. пении» (там же № 16, стр. 494). Касаясь этого предмета, мы не можем не упомянуть, что в Сергиевском всей артиллерии соборе, в С.-Петербурге, народный хор из 100 человек прихожан этого собора, сформированный в прошлом году «по инициативе о. прот. Димитрия Никитина и при участливом содействии отца настоятеля собора, протоиерея А. А. Желобовского», поет ранние литургии во все воскр. и праздн. дни, а поздние на очереди о. Никитина, «с замечательным искусством» (см. ст. прот. Д. Я. Никитина в «Вестн. Воен. Духовенства» № 7, стр. 199).
²) «Вестн. Воен. Духовенства», № 6, стр. 174.
³) Есть воинские части, отстоящие на 28—37 верст от штаба («Вестн. Воен. Духовенства», № 9 стр. 284 и пр.). Затруднительно, конечно, военному пастырю часто посещать такие отдаленные местности для внебогослужебных собеседований, если и даются для этого лошади от полка. Но есть даже и учебные команды, которые находятся в таких же и даже более неблагоприятных условиях относительно преподавания в них Закона Божия; так что полковому священнику, вследствие отдаленности учебной команды от штаба (даже иногда до 45 верст), «приходится видеть эту команду только во св. Четыредесятницу, во дни говенья....
⁴) «Вестн. Воен. Духовенства, № 14, стр. 245 (прим. к 52 ст. «Положения»).
[неразборчиво]
Несмотря на встречаемые препятствия своей деятельности, военные пастыри, судя по общему впечатлению от протекшего года, все более и более проникаются сознанием высоты своей миссии среди русского воинства и, по мере сил, трудятся; трудятся прежде всего в исполнении своих прямых обязанностей, а также в открытии церковно-приходских школ и занятиях в оных, в обращении раскольников в православие, в устройстве общего церковного пения при Богослужении и проч. Об этом свидетельствуют благословения, благодарности и награды, получаемые военными пастырями как от своего непосредственного Начальника, так и от епархиальных Архипастырей и даже Св. Синода ¹). Об этом же говорят лестные отзывы о военном духовенстве высокопоставленных лиц из военного и духовного мира, которые лично приходилось слышать о. Протопресвитеру, при обозрении им церквей в прошлом (1890) году ²). Это же подтверждают и те сочувственные отношения, признательность к деятельности военных пастырей и прекрасные отношения между ними и обществом офицеров во главе с их командирами, на которые мы указывали уже раньше.
На пути своей деятельности военные пастыри находили немалое ободрение и утешение в заметном оживлении религиозного чувства в военной среде, выразившемся в истекшем году в построении на различных концах России полковых храмов, в обновлении обветшавших, в различных попытках к изысканию средств для постройки оных ³). Утешаются и умиляются они и теми неослабевающими восторженными чувствами любви и преданности к Священной Особе Государя, которые находили себе выражение в устройстве икон, хоругвей, иконостасов, часовен и даже храмов в память чудесного спасения при крушении поезда 1888 г. 17-го октября.
Находят военные пастыри также ободрение и поощрение к ревностной деятельности и в отеческой заботливости высшей власти, направленной к обеспечению их старости, к призрению их вдов и сирот. К такой заботливости нужно, между прочим, отнести и узаконенный новым положением 6% ежегодный взнос с общей суммы церковных доходов в пользу заштатных священнослужителей, а также вдов и сирот военного духовенства. Восполнению этих благотворительных целей помогает и «Общество попечения о бедных военного духовенства». Несомненно, что объединение военного духовенства по управлению должно привести к такому же объединению и в делах благотворительности ¹), что должно дать этому Обществу новые средства для осуществления благотворительных его целей. Считаем при этом долгом отметить здесь весьма отрадный факт, свидетельствующий о неослабевающей энергии членов Совета этого Общества, руководимых и направляемых достойнейшим председателем Георгием Ивановичем Бобрыковым, к возможно лучшей постановке дела благотворительности, это—приобретение нового дома, более соответствующего своему назначению ²).
¹) Там же № 3, стр. 69; № 6 стр. 163; № 11, стр. 322; № 18, стр. 565 и др.
²) Там же № 22, стр. 691.
³) Так, напр. устроены храмы при Красносельском госпитале, в Ковенской крепости, лагерная церковь в Минске, в Москве и проч.
К отрадным и весьма утешительным явлениям для военного духовенства нужно отнести несомненно благотворное, полезное и многообещающее намерение о. Протопресвитера устроить в этом году свой свечной завод для военных церквей. Подобное мероприятие весьма важно в настоящее время особенно в том отношение, что оно представляет пока единственное средство, обеспечивающее возможность приносить Богу в жертву свечу из чистого воска. Нужно надеяться, что опыт ведения этого дела во многих уже епархиях ³) предохранит от ошибок, так возможных во всяком новом предприятии, и даст возможность на первых же порах поставить это дело прочно.
В заключение скажем несколько слов о нашем печатном органе, долженствующем быть выразителем жизни и деятельности военного духовенства ⁴).
Прошел год издания «Вестника Воен. Духовенства»; первый год для всякого издания—самой трудный год. Годичный опыт убедил нас, что наш орган не остается бесследным для жизни и деятельности военного духовенства, как и для его паствы. И нам уже нет нужды доказывать право на его существование. Сочувственные же отзывы военных и некоторых епархиальных пастырей, а также «лестные отзывы» некоторых высокопоставленных лиц из военного мира ¹) убеждают нас, что наш орган вызван потребностями самой жизни и явился во время благоприятное. Мы и старались, по мере сил, удовлетворить назревшим потребностям пастырской и религиозно-просветительной деятельности военного духовенства, хотя и сознаем многие недостатки в своей деятельности, не всегда преодолимые для начинающегося издания. Робкие шаги нашего органа не успели еще окрепнуть, так как для правильного его роста недоставало питательных соков... Одних же добрых желаний и стараний редакции недостаточно, чтобы орган военного духовенства был поставлен более живо, чтобы касался он возможно больших сторон пастырской и религиозно-просветительной деятельности, возрос и стал на должную высоту. На различные запросы относительно положения, задач и деятельности военного духовенства, мы почти не получали откликов ²), хотя и имели основание рассчитывать на деятельное сочувствие. Большею отзывчивостью заявили себя военные пастыри проповедническими трудами, хотя более с количественной, чем качественной стороны ³). И здесь на нашу долю выпал печальный долг: по поручению Его Высокопреподобия О. Протопресвитера мы обязаны заявить, что не всеми военными пастырями представлены проповеди или беседы собственного сочинения; некоторые же из пастырей отнеслись к этому делу как к исполнению повинности, крайне, по-видимому, для них нежелательной, но неизбежной... Нам остается утешаться мыслею, что в будущем мы не будем поставлены в необходимость повторять такое крайне грустное заявление... Несомненно, что многие из военных пастырей еще в раздумьи, в нерешимости... не столько от робости, еще менее от неподготовленности, сколько от непривычки. Труден первый шаг во всяком деле!
¹) См. ст. Гр. Ив. Фалютинского («Вестн. Воен. Духовенства», № 9).
²) Там же № 18.
³) Для ознакомления с этим делом О. Протопресвитером нарочно был командирован священник Преображенского всей гвардии собора о. Александр Златковский в гг. Владимир и Москву.
⁴) Недостаточность денежных средств для издания органа и способы к устранению материальных затруднений были уже указаны («Вестн. Воен. Духовенства» № 22, стр. 700). В дополнение к сказанному там мы должны прибавить, что к 1-му октября на 400 подписчиков 100 не принадлежало к воен. духовенству.
¹) «Вестн. Воен. Духовенства», № 4, стр. 115; № 22, стр. 702.
²) Недостаточно—только созерцать как работают труженики и.... критиковать, не внося своей лепты в общее дело.... Непонятно и обидно, что некоторые из молодых воен. священников с высшим—Академическим образованием не только не удостоили наш орган ни единой строкою, но даже не представили очередных, назначенных о. Протопресвитером проповедей.... Наш орган, несомненно, не может и не должен исключать собою чтения других духовных журналов; напротив того, раскрывая задачи и положение воен. духовенства, он тем самым побуждает к чтению духовных журналов, более широко и всесторонне раскрывающих миссию пастыря Церкви вообще. По своему внутреннему значению и самым размерам, наш орган помещает то, что преимущественно относится к воен. духовенству. Подобного рода сведения, представляя исключительный интерес для воен. духовенства, могут казаться безынтересными для остального духовенства, а потому и неудобными для напечатания в других духовных журналах.
³) Считаем долгом заявить, что до сих пор присылалось больше всего поучений и бесед, специально относящихся к обязанностям и состоянию воинов, на особые случаи из полковой жизни (при погребениях, наприм. и т. под.), на символ веры, молитву Господню и т. под.; мало присылалось на полковые праздники (напр. Александра Невского, Св. Николая и пр.) и высокоторжественные дни; почти не имеем поучений и бесед на евангельские чтения в воскресные дни. Весьма важно, несомненно, иметь поучения и беседы и I-го рода; но, в интересах взаимной помощи и обмена в религиозно-просветительной деятельности, весьма желательно и необходимо помещать также на страницах нашего органа поучения и беседы, примененные к служебному быту воинов, на дванадесятые и полковые праздники, высокоторжественные дни и евангельские воскресные чтения. Пользуясь случаем, мы покорно просим писать проповеди разборчивее и более крупным почерком, не забывая в то же время обозначать и содержание поучений и бесед.
Призванный удовлетворять назревшим потребностям жизни и деятельности военного духовенства и тем способствовать постепенному их возвышению, печатный орган должен в то же время служить и мерилом той и другой: по органу будут судить о всем военном духовенстве—делаем ли мы на ниве Божией и преуспеваем ли в этом делании... А для этого безусловно необходимо более живое, более энергичное отношение всего военного духовенства к задачам, требуемым от него настоящим временем и преследуемым нашим печатным органом. Особенно необходимо, чтобы более просвещенные и более опытные пастыри отзывчивее относились к запросам жизни и усерднее делились своими знаниями и своею опытностью. Тогда только наше издание будет служить действительным органом для обмена мыслей, для взаимной поддержки и руководства, для взаимного благородного соревнования.
Вступая во второй год своей деятельности, редакция считает приятным для себя долгом выразить искреннюю благодарность всем лицам, почтившим наше издание своими трудами. При этом находим необходимым заявить, что недостаточно живое отношение к нашему изданию военного духовенства (говоря вообще), восполнялось в истекшем году живым участием в издании некоторых лиц (очень немногих, впрочем!). Нет нужды указывать на этих ревностных тружеников: они хорошо известны читателям по своим трудам. Радовались, утешались и умилялись мы, видя с какою готовностью, предупредительностью спешили эти труженики на помощь редакции, спешили и, смеем думать, успевали всюду, где предвиделась нужда в раскрытии, разъяснении тех или других вопросов, забывая и жертвуя нередко своими интересами. И более слабые из них по телу оказались самыми усердными и крепкими по духу!.. Можем ли мы думать, что не поспешат к нам на помощь и другие пастыри, крепкие не только духом, но и телом, но немощные пока ревностью?!....
Нас радует, что состав военного духовенства пополняется теперь с особенною разборчивостью и осмотрительностью: пополняется лучшими силами из епархиального духовенства, прошедшими школу учительской или епархиальной службы, или лицами, прошедшими высшую школу, на которых, скажем уже кстати, лежит и большая ответственность.... Еще более радует нас живое, энергичное и непосредственное участие в издании нашего органа самого О. Протопресвитера, при каждом удобном случае призывающего и побуждающего военных пастырей к деятельному участию своими трудами в нашем органе ¹).
Ввиду сказанного нами (хотя в общем опыт истекшего года и не рассеял у нас тех тревожных чувств, с которыми мы приступали к изданию), есть основание смотреть на будущее более спокойно и с большею уверенностью, что число сотрудников нашего органа увеличится ²).
¹) См. напр., «Вестн. Воен. Духовенства», № 5, стр. 148 и др.
²) Все высказанные нами тревоги и заботы О. Протопресвитер близко принимает к сердцу; и мы уверены, что при той настойчивости и энергии, с которыми наш духовный начальник проводит свои благие начинания, и указанные неблагоприятные явления постепенно будут устранены.
Original: p. 9, p. 10, p. 11, p. 12, p. 13, p. 14, p. 15, p. 16, p. 17, p. 18, p. 19, p. 20, p. 21, p. 22, p. 23, p. 24
СЛУЖЕНИЕ христианской женщины больным и раненым воинам.
Краткий исторический очерк.
Представляю вам Фиву, сестру нашу, диакониссу церкви Кенхрейской. Примите ее для Господа, как прилично святым, и помогите ей, в чем она будет иметь нужду у вас: ибо и она была помощницею многих и мне самому (Римл. 16, 1. 2.).
Право сильного, польза, эгоизм—вот те правила, по которым жили люди до пришествия Иисуса Христа. Отсюда—горе слабому, беспомощному, больному, убогому,—горе побежденному. Женщина—это рабыня мужа, безгласная, бесправная; дети—существа, над которыми всецело царит власть отца. Закон государственный не вмешивался в отношения: мужа к жене, отца к детям, господина к рабам. Родился слабый ребенок, родился по расчету отца лишний ребенок и отец может его убить, выкинуть из дому—сделать с ним, что хочет. Захворал безнадежно раб, тяжело ранен гладиатор—и хозяин выбрасывает первого, как ненужный хлам из дому, а второго—просто добивает. Но кому было сугубое горе, так это побежденным. Побежденный переставал быть человеком, он делался рабом, т. е. вещью. Находил победитель полезным для себя оставить его живым—оставлял, нет—он убивал его. Римляне осаждают город Успе. Осажденные сдаются и просят только об одной милости: пощадить свободных граждан, предлагая дать на выкуп 10,000 рабов. «Победители, говорит Тацит, отвергли эти условия, потому что зверское дело было бы убить сдавшихся, охранять же под стражею такое множество мудрено; и решили, что пусть лучше они падут в битве, и солдатам был подан знак к резне» ¹). Милосердие к несчастному для язычника была слабость, а не добродетель. «Неужели ты унизился до такой степени, говорит своему другу Квинтилиан, что не в состоянии с омерзением оттолкнуть от себя нищего». Еще бессердечнее рассуждает язычник в одном из произведений Плавта: «дурную услугу, говорит он, окажет нищему тот, который ему дает поесть или попить. Ибо он теряет то, что дает и только удлинняет ему жизнь для несчастия».
Понятно, что при таком отрицательном взгляде язычника на дело милосердия и при таком печальном положении женщины в языческом мире, она не могла проявить там своего любящего сердца в общественном служении всем страждущим и несчастным. «Душа человека, говорит Тертулиан, по природе христианка». Как жена, мать, сестра, женщина, конечно, принимала участие в уходе за своими близкими в своем доме, но и только. Заботы о больных и раненых в древнем мире преимущественно вверялись рабам; они были в большинстве случаев и врачами. Для больных рабов, гладиаторов, а со времени Цезаря и для солдат у римлян начали устраивать лазареты (Valetudinarium), в которых также лечили рабы ¹).
¹) Tacit annal., XII, 17.
Св. Евангелие, возродившее мир к новой жизни во Христе, дало закон и положило начало великому делу служения бедствующим и страждущим. Не тот велик кто силен, а тот велик и выше всех, кто всех любит и всем слуга и раб (Мф. 23, 11, 12), вот основание, на котором должно созидаться царство Божие на земле. Незнатное мира и уничиженное, говорит апостол, и ничего не значущее избрал Бог, чтобы упразднить значущее; для того, чтобы никакая плоть не хвалилась пред Богом (1 Кор. 1, 28. 29). Таким уничиженным и ничего незначущим существом была в древнем мире между другими и женщина. Её-то угодно было нашему Спасителю призвать к совершению дела христианского милосердия и проявить в ней такую мощь любви, о которой ничего не ведало и не предполагало себялюбивое язычество. Благоволивый родитися от Пресвятой Девы Марии—Господь и Спаситель наш во все время Своего служения роду человеческому являет всюду самое милостивое и любвеобильное отношение к женщинам, которые или слушают Его Божественное учение, или обращаются к Нему за чудесною помощью, или прибегают к Нему с покаянием. И мы видим уже в св. Евангелии общину св. жен, которая сопровождает Спасителя, служа ему от имений своих (Лук. 8, 2. 3). Эти женщины не оставляют Его и в то время, когда Он был оставлен своими учениками: мы видим их у креста Спасителя и при Его погребении. Они же, преисполненные любви к Нему, спешат ко гробу-минувшей субботе—помазать Его живоносное тело, и они же первые, за свою любовь и преданность к Спасителю, узнают о Его славном воскресении и эту радостную весть сообщают ученикам Христовым. Это св. общество жен Евангельских является, как бы зерном, из которого выросло—и скоро выросло—прекрасное тенистое дерево. Проходят века, тысячелетия, а оно не только не засыхает, напротив шире и шире раскидывает свои могучие ветви, больше и больше давая под своею сенью места всем страждущим и недугующим, которые ищут его благодетельного покрова; и можно надеяться, что это так будет, доколе будут страждущие в мире,—доколе будет существовать этот мир.
¹) H. Haeser. Geschichte chrstl. Kranken-Pflege. Berlin 1857. S. 3, 6, 7; ср. Реальный словарь классических древностей по Любкеру. СПБ. 1884 г. Вып. II, с. 844.
I.
Служение христианской женщины больным и раненым воинам началось очень давно. Мы не ошибемся, если скажем, что оно одновременно с возникновением Церкви Христовой. Древняя церковная история рассказывает нам о чудесах милосердия христианских женщин в деле служения всем несчастным, о их полной самоотверженности и неистощимости их любви. Правда, история, свидетельствуя о служении христианских женщин вообще делу милосердия, не говорит нам в частности о служении их больным и раненым, но очевидно и не исключает этого рода служения, если не на полях битв и в походах, где служение женщины начинается только в 17-столетии, то в частных домах, а потом и в госпиталях. Это предположение вероятно уже потому, что с самого начала Церкви Христовой мы видим среди членов ее и воинов, таковы, напр., сотник Лонгин, уверовавший у креста Христова и свою веру запечатлевший мученичеством вместе с двумя воинами (16-го октября), Корнилий сотник, крещенный апостолом Петром в Кесарии со всем домом его, таковы же: Евстафий Плакида, знаменитый военноначальник при императорах Тите и Трояне. Будучи уже христианином, он при императоре Адриане одержал важные победы над врагами, но, за отказ принести богам благодарственную жертву, был казнен со всем своим семейством (118 г., сентября 20 дня); Савва Стратилат, т. е. военачальник, пострадавший в Риме с 70 воинами (272 г., апреля 24) и множество других. К концу 3-го и началу 4-го века число мучеников из воинов еще более увеличивается—так с мучеником Азою в царствование Диоклитиана пострадало 150 воинов (ноября 19-го); в это же царствование пострадал и св. великомученик Георгий победоносец, который был военный трибун (т. е. начальник отряда). Сорок Севастийских мучеников, пострадавших в 320 г. 9-го марта, были также воины. Мы указали только на некоторых из мучеников, бывших воинами; число их гораздо больше. При этом, приняв во внимание и то, что не все же воины христиане кончали жизнь свою мученически, мы должны сказать, что в Церкви Христовой во время гонений уже было очень много христиан из воинов, которые служили в войске: напр., в царствование Марка Аврелия (161—180 г.) был составлен целый легион из христиан ¹); так что слова Тертулиана: «мы существуем со вчерашнего дня и уже наполняем всё: ваши города, острова, крепости... лагери, трибуны»... ¹) далеко не преувеличены.—Могли ли христианские женщины, которые, как увидим ниже, расточали всем свои благодеяния, оставить без своей помощи раненых и больных воинов, из которых при этом многие были христиане? Христиане оказывали помощь и язычникам, как то было, напр., во время чумы в Александрии и Корфагене,—могли ли они оттолкнуть от себя тех, которые защищали отечество и проливали за них кровь свою? Насколько отзывчивы были христиане того времени на помощь несчастным пострадавшим от войны, характерным примером этого служит следующее обстоятельство: в 253 г. варвары напали на города Нумидии и увели много пленных; Нумидийские епископы, не имея сами средств выкупить несчастных, обратились за помощью к епископу своей митрополии св. Киприану; они получили от него следующий ответ: «Кто скорби брата не почитает своею собственною? Плен наших братьев мы должны почитать нашим пленом и скорбь бедствующих—нашею скорбью.... Мы очень благодарим вас за то, что вы и нас захотели сделать участниками своей попечительности и столь доброго и необходимого делания, указав нам плодоносные нивы, на которых мы могли бы посеять семена нашей надежды в чаянии пожать обильнейшие плоды... Посылаем вам денег сто тысяч систерций (около 10,000 руб.), собранных здесь в церкви от приношения клира и народа» ²).
¹) Евсевия Памфила церковная история, кн. V, гл. 5.
Ввиду всего сказанного, мы полагаем, что не погрешим против истины, если укажем хотя на некоторых из тех славных жен христианской древности, которые отличались своим милосердием ко всем несчастным страждущим—предполагая, что таковы же они были и к тем, которые, по заповеди Господа, сами проявляли высшую любовь: были готовы положить души свои за друзей своих.
Уже в Деяниях и Посланиях Апостольских мы встречаем целый ряд имен св. жен, которых восхваляют апостолы за их служение всем бедным и несчастным. Таковы, напр., Тавифа, св. ученица апостольская, трудившаяся своими искусными руками для блага ближних, полная добрых дел и творящая много милостыни (Деян. 9, 36. 39),—Прискилла со своим мужем Акиллою—сотрудники апостола Павла; не я один их благодарю, говорит о них апостол, но и все церкви из язычников (Римл. 16, 3. 4). Таковы же: Лидия из Фиатир, Мариам, Юния, Трифена и др., о которых свидетельствует апостол, как много трудившихся о Господе (—6. 7. 12). Но эти жены, как кажется, были более или менее случайными сподвижницами апостолов в деле милосердия. Из послания апостола Павла к Римлянам же мы узнаем, что уже в век апостольский была учреждена особенная церковная женская должность диакониссы. Представляю вам, пишет апостол Римлянам, Фиву, сестру нашу, диакониссу церкви Кенхрейской.... Приимите ее для Господа, как прилично святым и помогите ей, в чем она будет иметь нужду у вас: ибо и она была помощницею многим и мне самому (Римл. 16, 1—2). Со времен апостольских должность диакониссы существовала: на западе до VI века, на востоке до XII века. Главное дело в служении диакониссы, кроме некоторых обязанностей в церкви во время богослужения, была забота о больных, бедных и в особенности о мучениках ¹).
¹) Апалогия, 37 гл.
²) Творения священном. Киприана, т. I, письмо 53 (по русскому переводу).
Не оскудевает ревность к милосердию у жен христианских и в период гонений. Суровый и требовательный Тертуллиан не находит слов, чтобы достойно восхвалить милосердие христианок его времени. «Вы не ходите по капищам, говорит он им, не требуете зрелищ, не знаете праздников языческих богов. Всякий ваш выход из дому имеет важную причину: нужно посетить кого-либо из больных братий, или отнести пожертвование, или послужить при проповеди Божией ²). И действительно мы знаем, что христианские женщины, не ограничиваясь заботами только о тех, которые находились под их кровом, обходили бедные деревни, навещая больных и несчастных в их хижинах и, пренебрегая всякими опасностями, приходили в темницы утешать заключенных там за веру Христову узников. Они лобызали их узы, обмывали и перевязывали их раны, утоляли их голод и жажду, а главное—поддерживали их мужество. И ничто не могло остановить горячей любви к брату жены христианки. Когда язычники заметили, какое благотворное влияние оказывают христианки на узников за веру, то запретили вход женщинам в темницы. Тогда одна из них остригла свои волосы, оделась в мужской костюм и в таком виде проникла в темницу. Так поступила жена св. мученика Адриана—св. Наталия ¹). Так геройски поступали слабые телом, но крепкие духом любви христианские жены в то время, когда один братский поцелуй, данный неосторожно исповеднику за веру или просто выражение сочувствия к нему, стоили христианину жизни. Юная дева Феодосия была схвачена и жестоко замучена за то, что она подошла приветствовать исповедников ²).
¹) Uhlhorn. Die Chris[неразборчиво]l. Liebesthä[неразборчиво]igkeit in der älten Kirche. Stuttgart 1882. S. 170. 171.
²) К жене. Кн. II, гл. 4.
С окончанием периода гонений в IV веке в деле христианской благотворительности совершается большая перемена. Раньше, в период гонений, церковная благотворительность призревала бедных и несчатных в их семьях или старалась поместить, при отсутствии своей семьи, в чужую. Каждый христианский дом в это время был и странноприимницею, и больницей, и богадельней. С IV века, когда число христиан быстро увеличилось, вместе с тем увеличилось и число бедняков и несчастных, которые нуждались в братской помощи. Поэтому понятно, что теперь уже трудно было для всех их находить приют в частных домах; и вот отцы Церкви создают тогда нечто совершенно новое—общественные благотворительные учреждения, что привело в изумление язычников и вызвало со стороны их, правда, неудачное подражание (Юлиан богоотступник). Эти учреждения на востоке, где они впервые и явились, получили название ксенодохий, т. е. странноприимных домов, на западе—госпиций или госпиталей. Вначале эти учреждения носили общий характер: в них находили себе приют: и странники, и увечные, и больные, и сироты и вдовы. Потом уже эти учреждения стали специализироваться по родам благотворительности, явились учреждения: для бедных (Птохотрофия), больных (Носокомия), сирот и подкидышей (Орфонотрофия) и т. п.
Одним из первых творцов этого величайшего дела христианской любви был св. Василий Великий, который у ворот Кессарии устроил громадную ксенодохию, в которой между другими несчастными в первый раз в мире нашли себе приют в особом отделении и прокаженные. Василий Великий весьма часто посещал это учреждение; так как трудно было найти для ухода за прокаженными людей, сам святитель принял на себя труд по уходу за ними. Пример святого вразумил многих, и первые предложили свои услуги несчастным христианские женщины. Ксенодохии и госпиции быстро распространились по всему христианскому миру. Они состояли под покровом и водительством Церкви. Прислуга в них состояла главным образом из мужского персонала (Параболоны), но отцы всегда охотно принимали и женщин для ухода за несчастными и больными. По свидетельству Иоанна Златоуста, вдовы, получавшие пособия от церкви, служили за это в ксенодохиях ¹).
¹) Четьи-Минеи, август 26-е число. Адриан был начальник воинского отряда.
²) Евсевий Памф. Палестинские мученики, VII гл.
Краткость статьи и специальность поставленного нами вопроса не позволяют нам долго остановиться на великих подвижницах христианского милосердия этого периода. Мы ограничимся свидетельствами о некоторых из них св. отцов этого времени. Одно из видных мест среди подвижниц христианского милосердия в этот период занимает св. Олимпиада, дочь знаменитых родителей. Отец ее был сенатор. Она, после смерти своего жениха, всецело посвятила себя на служение всем бедствующим. Приняв от Иоанна Златоуста посвящение в должность диакониссы, она во все время служения его в церкви Константинопольской была одною из первых сотрудниц его в делах христианского милосердия. Ее деятельность не прекратилась и после ссылки святителя. Из своей далекой ссылки он пишет ей: «с ранней юности своей ты не перестаешь питать Христа, утолять Его жажду, посещать Его в Его страданиях, и в наши дни море твоей любви разлилось до концов мира» ²). Палладий, очевидец ее славной жизни, говорит о ней, что она питала священство, уважала клир, помогала вдовам, кормила сирот, посещала больных, выкупала пленных... «Ни город, ни деревня, ни пустыня, ни остров, ни отдаленные страны не были лишаемы щедрот этой славной девы» ³). Она умерла почти нищею. Всё громадное имущество ее пошло на дело христианского милосердия. В то время, когда св. Олимпиада совершала свой подвиг на востоке, другая женщина также славно служила делу милосердия на западе. Это была св. Павла, также знатная и богатая римская аристократка. Современник и наставник ее Иероним говорит о ней: «только ее щедрость превосходит ее.... Она призывала Бога во свидетели, что она всё делала для Его имени, что она охотно желала умереть нищею, не оставив ни гроша для своего погребения». Иероним сдерживал ее, но напрасно: она достигла желаемого, скончавшись мирно в устроенной ею обители в Вифлееме. При ее погребении вдовы и бедные указывали на одежды доставленные ею; толпы нуждающихся кричали, что они потеряли мать и кормилицу свою ¹). Палладий в в своем Лавзаике рассказывает о падшей девушке, которая тридцатилетним служением больным старалась искупить свой грех. Знатная вдова Фабиола из рода Фабиев, основавшая в Риме госпиталь и недалеко от Рима дом для выздоравливающих, считала за особенную честь ухаживать за больными. «Как часто, говорит о ней Иероним, переносила она их с кровати на кровать, обмывала им раны, на которые другие не могли и взглянуть... Она верила, что перевязывая им раны, она перевязывает раны Спасителя ²). Феодорит за то же восхваляет императрицу Флакиллу, которая также при посещении госпиталей любила исполнять обязанности служанки ³). Явившиеся с IV века монастыри мужские и женские также принимали большое участие в деле благотворительности. Многие из иноков и инокинь обрекали себя охотно на всю жизнь служению больным и несчастным ⁴).
¹) Беседа 14 на 1-е посл. к Тимофею.
²) К Олимпиаде, письмо 1.
³) Лавзаик. Русский перев, III издание, 126 гл.
Настает эпоха средних веков. Центр и церковной и государственной жизни переносится к новым народам. Грубость нравов этой темной эпохи приостанавливает так быстро развившееся в греко-римском мире служение женщины христианскому милосердию. На западе она прячется за толстыми стенами замков, у нас на руси—в тереме. И вообще все дело благотворительности в это время находится в довольно жалком состоянии. Известный ученый Пирогов совершенно справедливо замечает, что «средневековому обществу недоставало, ни истинно-христианских, ни истинно-гуманных убеждений в необходимости помогать меньшей братии,—сословная рознь и кулачное право мешали их развитию,—Церкви недоставало знания, а государствам, ни убеждений, ни знаний, ни средств ⁵).
(Продолжение впредь).
¹) Филарет. Св. подвижницы Восточной церкви. СПБ., 1871 г., стр. 113.
²) Epist. 84.
³) Церковная история, кн. V, гл. 19.
⁴) См. Лавзаик, гл. 99, 100, 101, 103, 104 и др.
⁵) И. Бертенсон. Барачные лазареты. СПБ., 1871 г., III стр. С мнением Пирогова соглашаются и западные писатели, см. напр.; Ratzinger Geschichte d. Kirchl. Armenpfl[неразборчиво] II Aufl., S. 188. 189.
Original: p. 24, p. 25, p. 26, p. 27, p. 28, p. 29, p. 30, p. 31, p. 32
