Issue 1890, № 12

15 Июня ПЕРВЫЙ ГОД 1890 года.

ВЕСТНИК ВОЕННОГО ДУХОВЕНСТВА, ИЗДАВАЕМЫЙ ПО УТВЕРЖДЕННОЙ СВЯТЕЙШИМ СИНОДОМ ПРОГРАММЕ.

Цена годового издания, имеющего выходить 1 и 15-го чисел каждого месяца, в размере не менее 2-х печатных листов, 3 руб., с доставкою и пересылкою.

Подписка, статьи и разного рода объявления принимаются в Канцелярии Главного Священника Армии и Флота: С.-Петербург, Подъяческая ул., д. № 32-й.

№ 12 ВЫХОДИТ ДВА РАЗА В МЕСЯЦ. № 12

Original: scan 1

Часть официальная.

ВЫСОЧАЙШЕЕ ПОВЕЛЕНИЕ.

ГОСУДАРЬ ИМПЕРАТОР, по всеподданнейшему докладу г. Синодального Обер-Прокурора, согласно определению Святейшего Синода, в 28 день минувшего апреля, ВЫСОЧАЙШЕ соизволил на укрепление за Троицкою церковью посада Колпина, Царскосельского уезда, участка земли в сем посаде, в 1-м квартале по Троицкой ул., под № 499, мерою в длину 25 саж., а в ширину 9 саж., с постройками, покупаемого у Царскосельского 2-й гильдии купца Аникиты Полотнова за 3.000 руб., для помещения причта названной церкви, с отнесением расхода по этой покупке на счет свободных церковных сумм.

Original: scan 1

ВЫСОЧАЙШАЯ НАГРАДА.

ГОСУДАРЬ ИМПЕРАТОР, по всеподданнейшему докладу Кавалерской Думы Ордена св. Анны, в 3 день февраля текущего года, Всемилостивейше соизволил, согласно удостоению Святейшего Синода, пожаловать сей орден 3-й степени протоиерею 1-го Невского пехотного полка Александру Копытовскому, за 12-летнее сряду прохождение им должности Благочинного над духовенством 1-й пехотной дивизии.

Original: scan 1, p. 354

Распоряжения Главного Священника.

1. 1.

   В видах разъяснения недоразумений, возникших при практическом применении нового положения о возвышении служебных прав военного духовенства и об увеличении содержания, Главный Штаб уведомил Гг. Командующих войсками военных округов и начальника штаба войск Гвардии и Петербургского военного округа.

   1. 1)

      Что в силу 6-го пункта ВЫСОЧАЙШЕ утвержденного 24-го июля 1887 года положения Военного Совета, со дня вступления в силу нового закона об отпуске духовенству увеличенных окладов содержания, т. е. с 1-го января 1890 года, духовенству этому воспрещено требовать какое бы то ни было вознаграждение за исполнение обязательных духовных треб, как лично от военнослужащих и их семейств, так и из ротных, артельных и образных сумм. Сообразно этому будет сделано изменение в п. 14 ст. 83 и п. 3 и 4 ст. 90 пересматриваемого ныне положения о хозяйстве в роте.

   2. 2)

      Что квартирные оклады, указанные в ВЫСОЧАЙШЕ утвержденной ведомости, приложенной к приказу по военному ведомству сего года № 45 присвоены духовенству тех местностей, на которые распространено положение о преобразовании воинской квартирной повинности 8/20 июня 1874 года. Духовенству же Финляндского, Варшавского и Кавказского округов следует производить те квартирные оклады, которые присвоены соответствующим офицерским чинам войск, там расположенных.—При этом необходимо иметь в виду:

      • а)

        что новые квартирные оклады вообще присвоены только нештатным протоиереям, нештатным диаконам и причетникам из духовного звания, для остального духовенства остались прежние оклады;

      • б)

        что на получение квартирных денег имеют право только те из духовных особ и причетники местных военных соборов и церквей, которые не имеют квартир натурою, отведенных, как в казенных и общественных зданиях, так и в церковных домах;

      • в)

        что церковники из нижних чинов, служащие, как в подвижных, так и в местных церквах, по-прежнему пользуются всеми видами довольствия, определенными для нижних чинов;

      • г)

        духовенство и причетники, получающие содержание из доходов местных церквей, из тех же доходов должны получать и квартирные оклады, если не имеют квартир натурою и

      • д)

        квартирные оклады причетникам, коим они увеличены, присвоены в местностях, где действует положение 1874 года: 1-го разряда 180 р., 2-го разряда 120 р., 3-го разряда 90 р., 4-го разряда 60 р. и 5-го разряда 48 рублей.

   3. 3)

      Новое положение не касалось вопроса о казенной прислуге, а потому на казенную прислугу имеют право только те священники, которым таковая была присвоена по прежним узаконениям, и в таком же числе, какое было им присвоено до воспоследования приказа № 45.

   4. 4)

      Точно так же новое положение не касалось вопроса о фуражном довольствии священников кавалерийских полков, и таковые права на фуражное довольствие в мирное время не имеют.

   5. и 5)

      Духовенству Варшавского, Виленского, Киевского округов и Эстляндской губернии Петербургского округа, до воспоследования нового закона получавшему кроме жалованья и столовых денег, еще добавочные к столовым оклады,—в течение 1889 года следует производить прежние оклады столовых и добавочных денег; с 1-го же января 1890 года в отношении этого духовенства следует руководствоваться п. 6 приказа № 45.

2. 2.

   При выдаче и заверении метрических о крещении детей свидетельств, замечено мною, что подведомые священники восприемниками и восприемницами у православных детей нередко записывают лиц неправославного христианского исповедания (у мальчиков кр. отцев, а у девочек кр. матерей). Желательно, чтобы это отступление от правил православной церкви и здравого смысла (как иноверец будет обучать Православной Вере и внушать любовь к Православной Церкви, что вменяется в непременную обязанность крестным отцам и матерям по отношению к своим крестникам?!) впредь не повторялось.

[неразборчиво]

Original: p. 354, p. 355, p. 356, p. 357

Часть неофициальная.

БЕСЕДА О ВАЖНОМ ЗНАЧЕНИИ ВОИНСКОГО ЗНАМЕНИ В ПОЛКУ.

Как в благочестивой русской семье есть непременно домашняя святыня, в виде какой-либо особенно чтимой иконы, переходящей от родоначальника к его потомкам: так в каждом из русских полков, в отдельности представляющих собою одну тесно-сплоченную военную семью, такой благоговейно чтимой святыней считается штандарт, или знамя. Начало появления знамен в полках относится к глубокой древности. Когда Моисей, для отражения неприятельских нападений на Израильский народ, собрал значительное число воинов из молодых людей свыше 20-летнего возраста (Числ 1, 46), то Господь сказал ему и Аарону следующее: «Сыны Израилевы должны ставить стан свой при знамени своем, при знаках семейств своих» (Числ 2, 1—2). Эти знамена у Израиля по мнению некоторых, «были полотняные стяги с вытканными на них изображениями четырех эмблематических форм, упомянутых в Иезек. 1, 26 и X, 1 и Апокалипс. IV, 4 и посл.»; делались они из материи разных цветов. («Свящ. Летопись» Властова, прим. ко II гл. кн. Числ.

Наши благоверные Государи определили иметь каждому кавалерийскому полку штандарт, а пехотному знамя с тем, чтобы воинские чины, при виде этой святыни, не забывали о высоком призвании своем служить Государю и Отечеству «верой и правдой»; чтоб мысль об этом не оставляла их даже при трудных обстоятельствах военной жизни; чтоб сознание долга честной и усердной служебной деятельности никогда не затемнялось в умах и сердцах воинов влиянием страстей и дурных наклонностей; чтоб во время мира и на поле брани всю надежду возлагали на Господа-Царя Славы, крепкого и сильного во брани (псал. 23, 8) и помощника в скорбях.

Штандарт в полку все равно, что душа в теле, разум в голове, постоянство и твердость в характере. Он есть сильно действующее средство для поддержания и обеспечения в войске уважения к дисциплине, верности долгу службы и присяги.

Штандарт в полку заменяет собою как бы место Самого Государя Императора, с которого Он с любовью и несомненною надеждою взирает на своих верных воинов, что они в мирное время все силы и способности свои употребят на усердное и успешное изучение ими военных уставов и ознакомление со всеми отраслями военно-служебного образования, а во время брани ознаменуют себя победной славой и тем порадуют любвеобильное Его сердце. Благотворно-воспитательное значение штандарта преимущественно оказывается во время военных походов и действий. В нем тогда воин находит утешение в скорбях, терпение в лишениях, смелость и храбрость в опасностях, самоотвержение и преданность долгу в самом отчаянном положении; около штандарта храбрые воины, как пчелы около матки в улье, в порядке—группируются и тесно соединяются друг с другом, чтоб смелее и дружнее бороться с неприятелем и тем скорее и вернее одержать над ним победу.

Штандарт в полку служит еще неумолкаемым свидетелем достохвальных подвигов, совершенных во славу русского оружия прежними воинами и в то же время сильным побуждением к совершению таких же подвигов для новых поколений российского воинства.

Ввиду такого важного значения штандарта Государь Император, если жалует какому полку штандарт, то при Высочайшей грамоте, в коей выражает непременную волю Свою, чтобы высылаемый штандарт был освящен по чиноположению Православной Церкви ¹). И святая Церковь Христова, во всех истинных нуждах сочувствующая своим верным чадам, молит Господа и Всевышнего Царя небесных и земных воинств, чтобы Он Сам невидимо благословил воинское знамя Своим вседействующим благословением, и верному своему воинству, знамение носящему и «на него взирающему, милостивно даровал дерзновение, силу и крепость на сотрение и попрание крепости супостат наших». (См. чин освящения знамен).

После молитвенного освящения Церковью и окропления святой водой, штандарт становится предметом священным, благословенным чрез посредство Церкви Самим Богом. Военный закон в таких выражениях определяет значение штандарта: он «есть священная хоругвь, под которою соединяются верные своему долгу воины», называет его «святыней, славой, честью и жизнью служащих; ибо штандарт заключает в себе «все священные, дорогие и любезные сердцу воина предметы: веру, Государя и отечество» ¹). «Символом веры служит крест на штандарте. Изображение имени Государя Императора—вензель Его. Российский герб— двуглавый орел, окруженный лавровым венком—изображает отечество» ²).

Поэтому русский воин, питая в сердце своем чувство благоговения к вере отцов своих, беззаветную преданность к своему родному Царю-Батюшке и пламенную любовь к родине, скорее умрет под штандартом, чем отдаст его на поругание неприятелю; ибо воин твердо помнит, что славная смерть в бою выше и дороже постыдной и бесчестной жизни.

Вот один из нескольких примеров того, как русские воины умели защищать и сохранять свое воинское знамя. «Азовского пехотного полка унтер-офицер Старичков, находясь под знаменем, в сражении против французов в 1805-м году, был покрыт ранами и, видя, что знамя может достаться в руки неприятеля, снял его с древка и сохранил при себе. После он был взят в плен и сберегал знамя до тех пор, пока не почувствовал приближение своей смерти от полученных им ран. Тогда он подозвал к себе бывшего с ним в плену Бутырского полка рядового Чайку и, передавая ему знамя, именем Бога заклинал сберечь оное до возвращения в полк и с сим желанием умер. Рядовой Чайка в точности исполнил завещание Старичкова: с равным усердием скрывая знамя, по возвращении из плена представил его своему начальству. Когда о примерном усердии сих нижних чинов было доведено до Высочайшего сведения, то Государь Император Александр I повелел рядового Чайку произвесть в унтер-офицеры и наградить деньгами, а семейству Старичкова производить пенсион по 400 руб. в год». (Памят. книжка для нижн. чинов).

Сей достохвальный поступок, сохранившийся на память позднейшему поколению русского воинства, да запечатлеется твердо в умах и сердцах ваших, бр., и да послужит назидательным примером того, как прежде служили русские солдаты и как современному воинству надо исполнять службу государеву, чтоб многомилостивый Господь сподобил венцов славы на небеси, а родная сторона добром поминала. Аминь.

Священник Павел Москвин.

¹) См. § 157 в «Своде правил для парадов, торжественных встреч...».

¹) Свод Воен. пост., наказ войскам, прим. к ст. 246.

²) «Солдат, присяга и знамя». Пор. Стенкевича.

Original: p. 357, p. 358, p. 359, p. 360

СЕРГИЕВСКИЙ ВСЕЙ АРТИЛЛЕРИИ СОБОР.

(Исторический очерк).

(Продолжение).

Нынешняя обширная и благолепная каменная Сергиевская церковь, или собор всей артиллерии, могущая вместить в стенах своих до двух тысяч богомольцев, почти всем своим устройством обязана исключительно артиллерийскому ведомству, как сооруженная на специальные средства артиллерии, на счет прибыльных сумм от продажи селитры и пороха.

В июне 1796 г. управление артиллерии и фортификации вошло в сношение с здешним митрополитом Гавриилом, чрез которого испрашивало благословения св. Синода на сломку пришедшей в ветхость каменной Сергиевской артиллерийской церкви и постройку на месте ее новой также каменной и обширнее прежней. Разрешение духовного начальства на это последовало немедленно, о чем консистория указом от 23 июля того же года и дала знать Сергиевскому протоиерею Томилину, бывшему вместе с архитектором артиллерийского и инженерного корпусов Феодором Демерцовым, строителем нынешнего Сергиевского собора. В ордере по этому делу, данном артиллерийским начальством протоиерею Петру Иоанновичу Томилину, объяснялось, что церковь будет строится на казенной счет из прибыльных сумм от продажи селитры и пороха, и что на постройку ее ассигновано всего 26,698 руб.. Но этой суммы оказалось слишком недостаточно, чтобы придать церкви тот вид, какой она имеет теперь. Поэтому к первоначальной сумме из тех же источников постепенно было прибавлено еще 34,237 р. 76½ коп., так что вся постройка храма обошлась казне в 60,935 руб. 76½ копеек ассигнациями.

В видах воспособления с своей стороны к постройке Сергиевской церкви, Св. Синод разрешил: упраздненную церковь св. Иоанна Богослова, что на Выборгской стороне, отдать в пользу строющейся церкви преподобного Сергия, что в артиллерийских слободах. Впрочем, уступленным церковным зданием артиллерийское начальство не сочло возможным воспользоваться, по причине крайней ветхости его деревянных стен. Оно распорядилось принять здание упраздненной церкви в артиллерийский арсенал для хранения, а взамен того в пользу новостроющегося храма отпустить из арсенала старого кирпича, годного в дело сто тысяч штук.

Пока производилась постройка церкви, богослужение и для чинов артиллерийских и для окрестных городских обитателей, с разрешения митрополита Гавриила, неопустительно совершалось во временном домовом храме, устроенном в одном из флигелей артиллерийской экспедиции. Но покои, отданные под церковь, были тесны, низки и вообще мало приспособлены к церковным надобностям, а между тем число прихожан собственно военного ведомства, вследствие особенно частых войн того времени, возросло до 5000 человек. Поэтому, как только был кончен отделкою один из приделов строющейся церкви, именно придел св. Николая чудотворца, причт просил у преосвященного митрополита Гавриила разрешения на освящение этого придельного храма и немедленное открытие в нем полного богослужения. Освящение совершено 25 сентября 1798 г., причем на престол возложен был старый, но еще годный антиминс, оставшийся от прежней церкви. В ноябре того же года освящен был и другой придельный храм во имя св. Архистратига Михаила с положением на престол нового антиминса, выданного из Александро-Невской Лавры вместе со св. миром. Наконец 5-го июля 1800 года, по особому Высочайшему повелению, была торжественно освящена и главная церковь во имя преподобного Сергия, чудотворца Радонежского, высокопреосвященнейшим Амвросием, митрополитом Новгородским и С.-Петербургским, в присутствии всех высших чинов артиллерийской экспедиции и многочисленных прихожан.

Вновь построенная церковь окружена была с восточной и северной стороны оградою в виде железной решетки, поставленной на каменном основании. На постройку ограды употреблено было 8,527 рублей из сумм артиллерийских, с тем, впрочем, условием, чтобы деньги эти постепенно возвращены были в артиллерийскую экспедицию из церковных доходов по мере их накопления. Для пристойного звона, по распоряжению артиллерийского начальства, в здешнем литейном арсенале отлито было на казенный счет 12 колоколов, из коих большой в 300 пуд, второй—в 70 пуд, третий—в 40 пуд, остальные же меньшей величины. Что касается ризницы, св. икон и разной церковной утвари, то все эти вещи частью перешли из прежней церкви, частью куплены вновь на церковные деньги.

Со вступлением в настоящее столетие, Сергиевский артиллерийский причт, видя свою церковь только что оконченною строением во всех частях и подробностях, естественно мог рассчитывать, что отныне он надолго будет обеспечен от тех неприятных забот и хлопот, какими сопровождается для служителей храма Божия всякая серьезная его перестройка. Но расчеты причта не оправдались в действительности: не прошло и 15 лет со времени освящения Сергиевской церкви, как в ней обнаружились различные повреждения и недостатки, требовавшие немедленного исправления. Штукатурка в куполе, на потолках и по стенам сильно потрескалась; живопись в главном приделе, в нижней части алтаря, потемнела; в том же приделе не оказалось зимних оконных переплетов; в теплой трапезной церкви печи обветшали; двое наружных боковых дверей требовали безотлагательного исправления; оказалась надобность в приделах св. Николая и Архистратига Михаила поставить новые иконостасы и всю церковь росписать. Кроме того, нашли необходимым холодный главный придел сделать теплым и для того устроить там две новые печи. На все эти постройки разновременно употреблено было 25,710 руб. 76 копеек ассигнациями, из коих 17,509 руб. 33 коп. из экономических пороховых сумм, а остальные из церковных доходов.

В 1861 г. возникла переписка о новых исправлениях в церкви, и прежде всего о написании на парусах церковных сводов изображений четырех евангелистов. Для большей прочности изображения эти предположено сделать на щитах из красной, шлифованной меди в бронзовых рамах в виде багетов под античную бронзу. Живописные работы принимал на себя академик Заурвейц, а изготовление листов красной меди—С.-Петербургское гальвано-пластическое и литейное заведение. Военный совет журналом своим 11 мая 1862 г. положил: исчисленные на ремонт деньги в количестве 5,799 руб. 71¾ коп. сер., отнести на суммы экономического капитала военного министерства.

Но к предположенным постройкам, неизвестно почему, приступили только в 1870 г.. В то же время исполнена была и другая капитальная работа в церкви: на огромных, почти во всю боковую длину главного храма, медных шлифованных досках сделаны были два грандиозные изображения из жизни преподобного Сергия, Радонежского чудотворца, вставленные в бронзовых рамах в виде багетов. Одно живописует нам «явление преподобному Сергию и ученику его св. Никону пресвятой Богородицы», в другом взят момент, когда преподобный Сергий благословляет коленопреклоненного великого князя московского Димитрия Иоанновича Донского на ратный подвиг с Мамаем, ханом татарским. В обоих этих изображениях академической кисти все как главные, так и второстепенные лица события представлены во весь, почти натуральный рост и, по художественности отделки, верности, живости и прочности красок, священные изображения эти заслуживают полного внимания. В то же время были позолочены: яблоко и крест на главном церковном куполе, яблоко и крест на пьедестале, поставленном над алтарем, шпиц, яблоко и крест на колокольне. Все эти работы, стоившие в общей сложности более 15,000 руб. серебром, произведены были на счет артиллерийского ведомства при содействии вдовы почетного гражданина М. И. Борисовской. Вслед затем устроены дубовые паркетные полы вместо чугунных во всей церкви и ее алтарях, и произведены капитальные работы по украшению внешности храма: вновь вызолочены все кресты и яблоки над церковью, перекрашена вся кровля храма, купола покрыты позолоченными звездами, а все наружные стены выкрашены маслянною краскою.

В начале 1803 г. начальник артиллерийской экспедиции вошел в военную коллегию с докладом следующего содержания: так как Сергиевская церковь строена для артиллерийского корпуса и на счет артиллерийских сумм, то не благоволит ли коллегия повергнуть на усмотрение Государя Императора предложение о переименовании этой церкви «в собор всей артиллерии с утверждением для него штата и табели». Военная коллегия, одобрив такое предположение, исходатайствовала на него Высочайшее утверждение 17 декабря того же 1803 года. О такой Высочайшей воле св. Синод в первых числах марта следующего года уведомил преосвященного митрополита Амвросия, а он предписал консистории препроводить причту Сергиевской артиллерийской церкви нижеследующий указ:

1. 1)

   помянутой церкви св. Сергия отныне именоваться собором всей артиллерии.

2. 2)

   Собору сему состоять по-прежнему в епархии с.-петербургской, а священно-церковнослужителям по делам, к духовному званию относящимся, зависеть от епархиального архиерея; по содержанию же церкви, по доходам и расходам церковным и вообще по всем таким делам, кои не касаются духовенства, быть в ведомстве инспектора всей артиллерии и экспедиции артиллерийской.

3. 3)

   Священнослужители сего собора не только не лишаются права, но и должны по обязанности своей исправлять разные требы в том приходе, который к оному причисленным состоит.

4. 4)

   Всю церковную утварь и потребные вещи для священнодействия, также и дрова содержать из доходов церковных.

5. 5)

   Починка и исправления собственного здания церкви, также в нужном случае и построение при ней какой-либо части вновь, зависеть должно от артиллерийской экспедиции, которая употребляет на сие потребные деньги из экономических сумм, из коих упомянутая церковь и воздвигнута, с тем, что ежели будут оставаться деньги от церковных доходов, то и оные на сию надобность употреблять же.

Вследствие сего и по резолюции его преосвященства, с.-петербургскою консисториею определено: означенную церковь св. Сергия отныне во всех случаях именовать собором всей артиллерии, а для сведения по всем с.-петербургским церквам к благочинным послать указы, в Управу же благочиния сообщить.

Высочайше утвержденным штатом 17 декабря 1803 г. при Сергиевском всей артиллерии соборе положено быть:

• одному протоиерею,

• —

  двум священникам, из них старшему в звании ключаря,

• —

  двум диаконам,

• —

  двум псаломщикам,

• —

  двум пономарям,

• —

  одной просвирне,

• —

  четырем сторожам

• и 12 певчим.

Всем этим лицам определено ежегодное жалование из казны военного ведомства.

Вскоре по получении формального указа о возведении Сергиевской церкви на степень столичного епархиального собора, и назначении служащим при нем большего против прежних времен жалования от казны, Сергиевский причт, в порыве признательного чувства, просил преосвященного митрополита Амвросия принять участие в торжественном молебствии, которое предположено по сему случаю совершить в ближайший праздничный день. Преосвященный на такое похвальное предложение изъявил свое согласие, и молебствие в новом соборе, при многочисленном собрании прихожан, было совершено 3-го апреля 1804 г. Причем Петро-Павловского собора протодиаконом громогласно был прочтен указ о возведении Сергиевской церкви на степень собора и возглашено многолетие Государю Императору и всей Высочайшей фамилии.

Сергиевский всей артиллерии собор в настоящее время среди столичных наших церквей, вообще богатых и благолепных, занимает далеко не последнее место и по своим размерам, и по архитектурной отделке, и по богатству своей утвари.

С наружной стороны храм представляет собою продолговатый четвероугольник в виде креста, в котором продолгую часть составляет длина здания от паперти до алтаря включительно, а поперечник—ширина главного предела с двумя выступными портиками с северной и южной сторон. Портики, под которыми устроены большие двери, с двух боков ведущие в храм, поддерживаются 6 каменными колоннами ионического ордена с неполным карнизом. Колонны поставлены на гранитных четырехугольных базах, положенных в свою очередь на каменной площадке в две ступени вышины над уровнем окружающей земной поверхности. Главный фасад перед западными дверями, с третьей стороны ведущими в церковь, украшен 4 каменными колоннами того же ордена и также с неполным карнизом. На портике фасада находится лепное изображение всевидящего ока, а над входными дверями резная из дерева надпись: «Благословен грядый во имя Господне». Перед церковною папертью устроена каменная площадка со ступенями из гранитного камня. Над алтарною частью храма поставлен каменный небольшой пьедестал, на котором утверждено железное, позолоченное яблоко с таким же крестом. Обширный, в 12 больших окон, купол возвышается над всею главною церковью, окруженный со всех сторон каменными колоннами, а внизу деревянною баллюстрадою. Наверху купола каменный с окнами фонарь, поддерживающий железные, позолоченные яблоко и крест. Двухъярусная каменная колокольня в виде четырехугольной башни поставлена не отдельно от храма, а на самом храме, над западною его частью, или церковною папертью. Оба яруса имеют по четыре большие пролета и украшены: нижний—каменными колоннами по углам, а верхий деревянною баллюстрадою по бокам. Башня венчается небольшим вызолоченным шпилем, в виде продолговатой вазы, на вершине которой утвержден на яблоке—ярко вызолоченный четвероконечный с сиянием крест. Колокола, числом 12, повешены все в первом ярусе колокольни. Более 30 окон в два ряда окружают нижний корпус храма, давая всем его частям обильный свет.

Все здание церкви равняется в окружности 60 саж.: длина боковых стен 22 сажени, поперечник главной церкви 9 саж. Высота церкви вместе с крестом 17 саж., а колокольня с крестом 15 саж. С северной и юго-западной сторон церковь обнесена железною решеткою, поставленною на каменном, плитяном основании и с каменными через каждую сажень четвероугольными столбами. Над двумя железно-решетчатыми воротами, ведущими во двор церковный, укреплены по два чугунные орла с государственным гербом и пушками, накрест переложенными,—символ принадлежности собора артиллерийскому ведомству.

Все части храма, особенно в главном приделе, расположены в такой симметрии, с соблюдением такой экономии относительно свободного пространства, что нельзя указать вещи, которая была бы не на месте, или вредила общей гармонии. Обширный алтарь отделен от смежных боковых комнат двумя красного дерева дверями высокого достоинства. Из боковых комнат устроены ходы в верхние, надалтарные помещения. Иконостас в главном приделе деревянный с прорезными, в виде древесных ветвей, золоченными царскими вратами, над которыми в облаках и сиянии изображен Дух Святый в виде голубя. Высокие золоченые колонны, перевитые внизу резными с позолотою гирляндами цветов, поддерживают выступы в верхней части иконостаса, увенчанного крестом над художественным изображением тайной вечери. Высота главного иконостаса 4 саж. 6 вершков, ширина 4 саж. 12 вершк.; высота царских врат 7 арш. 12 верш., ширина 4 аршина. Солея отделена от храма железною узорчатою решеткою. По углам и у окон главной церкви расположены пилястры, облицованные мрамором, с лепными, слегка позолоченными капителями. Вокруг всей церкви и алтарей проходит красивый, большой величины, карниз с большими лепными украшениями. Как стены храма, так и потолки и внутренность купола раскрашены разными узорами.

Перед главною церквию, в западной части собора, устроены два придельные храма: справа в честь св. Николая, Мирликийского чудотворца, слева во имя св. Архистратига Михаила. Иконостасы в обоих приделах одинаковой величины и рисунка, деревянные, покрытые белою краскою с золочеными украшениями. За этими двумя приделами расположен притвор. Это довольно поместительная комната со св. иконами древней живописи. Из притвора одна дверь ведет во вновь устроенную часовню, другая по каменной лестнице на хоры, верхние комнаты для помещения ризницы, библиотеки, архива и колокольни, а третья большая на церковную паперть.

(Продолжение впредь).

Original: p. 360, p. 361, p. 362, p. 363, p. 364, p. 365, p. 366, p. 367

О ПРЕПОДАВАНИИ ЗАКОНА БОЖИЯ В ПОЛКОВЫХ И ДРУГИХ ВОИНСКИХ УЧЕБНЫХ КОМАНДАХ.

(Краткая историческая записка).

С самого начала введения в России постоянных войск, правительство и духовная власть всегда обращали особое внимание на развитие в войсках религиозно-нравственного образования.

В воинском уставе великого преобразователя России Императора Петра I 1716 года находится особая глава (64-я): о молитве, как и в какое время отправлять. В этой главе говорится следующее: «Все, как офицеры, так и солдаты везде должны суть трижды молиться. Дважды по прибытии тапты и побудки ¹), (которые краткие молитвы надлежит тайно говорить каждому про себя, и для того надлежит каждому офицеру солдат учить, а ежели безграмотные, кто тех выучить не может, то хотя одно, Отче наш, что конечно надлежит уметь). В третье ж в 9 часу пред полуднем должен священник литургию отправлять при каждом полку. И понеже на всяк день того священнику невозможно исправить, також каждому полку не всегда случается вкупь быть; того ради установленные в то время молитвы читать надлежит по батальонам или ротам, как случай подает ²).

В воинском артикуле того же Императора религиозно-нравственному развитию войска посвящено несколько глав. В 1-й главе: о страсе Божием, напоминается воинским людям, предпочтительно пред всеми христианами, о почитании Бога Единого Всемогущего, воспрещается идолопоклонство, чародейство и вообще всякого рода суеверное богоотступничество, строго преследуется всякого рода хула на Бога, Матерь Божию и Святых, презрительное отношение к Слову Божию и святым таинствам, и определяются различные наказания: сожжение за чародейство, прожжение языка раскаленным железом и отсечение главы за хулу на Бога и т. д. Во 2-й главе: о службе Божией, устанавливаются «повседневные службы утром, полдень и вечером, с пением и молением в лагерях», и определяются наказания офицерам и солдатам за уклонение от службы, а священникам за небрежное отношение к своим обязанностям ¹).

Та же забота о религиозно-нравственном образовании войска проявлялась и в дальнейшие царствования. В воинских Уставах и Артикулах, изданных в 1737 году при Императрице Анне Иоанновне, в 1764, 1777 и 1796 годах при Императрице Екатерине II; в 1797 г. при Императоре Павле I, и в 1826 г. при Императоре Николае I, развиваются те же самые религиозно-нравственные начала ²).

В ныне действующем своде Военных Постановлений, изданном в 1859 году при Императоре Александре II изложены самые точные правила: «об исполнении христианских обязанностей войсками ³)» «и об обучении нижних чинов в школах, для них учрежденных ⁴)». Затем приказом по воен. вед. 1875 г. за № 52 обнародован «перечень сведений, знание коих обязательно для каждого рядового, а именно: знание молитвы Господней, Символа веры и десяти заповедей ⁵). Приказом же по воен. вед. 1880 г. за № 335 объявлено особое положение о порядке обучения молодых солдат в пехоте, кавалерии и артиллерии, по каковому положению от каждого рядового требуется знание молитвы Господней и десяти заповедей ⁶).

Для поднятия уровня образования нижних чинов в 1867 году были учреждены в каждой из частей войск особые учебные команды ¹), имеющие целью в течение двух лет приготовить унтер-офицеров, которые бы в свою очередь могли быть ближайшими руководителями нижних чинов по всем отраслям их образования. В означенных командах, между другими предметами, на первом плане был поставлен Закон Божий. Впрочем, до 1872 года не было выработано никакой программы по этому предмету, и все преподавание Закона Божия состояло лишь «в проверке знания и правильного понимания десяти заповедей, Символа веры, молитвы Господней и главнейших обрядов церкви» ²). В 1872 году составленною при Главном Штабе Военного Министерства комиссиею выработаны были, применительно к двухгодичному курсу, «Краткий Молитвенник для православных воинов» и особая для учебных команд «программа Закона Божия», каковые молитвенник и программа, по благословению Святейшего Синода, и были объявлены в том же году войскам для руководства ³).

Наконец, приказом по военному ведомству 1875 г. за № 52 объявлены новые положения о полковых учебных командах. Ближайшим поводом к изменению существовавших до того времени на этот предмет положений послужило то обстоятельство, что со введением общей воинской повинности и с сокращением сроков службы нижних чинов, двухгодичный курс, существовавший до того времени в учебных полковых командах, оказался слишком продолжительным, почему и сокращен в одногодичный. Соответственно чему особо комиссиею, образованною при том же Главном Штабе, были составлены новые программы по всем преподаваемым в учебной команде предметам. Что же касается программы Закона Божия, то ввиду того, что введение в действие нового положения о полковых учебных командах не допускало никакого отлагательства, программа оставлена прежняя впредь до утверждения новой, соответствующей одногодичному курсу программы, хотя число уроков по Закону Божию было ограничено лишь одним уроком в неделю ¹).

В таком-то неоконченном и неопределенном положении находится и до настоящего времени дело преподавания Закона Божия в полковых учебных командах: новой программы, соответствующей одногодичному курсу, еще не составлено, и полковые священники поставлены в необходимость и до сего времени проходить прежнюю двухгодичную программу в один год при одном уроке в неделю, каковое обстоятельство возбуждает на деле много практических неудобств и недоразумений.

Военно-духовное начальство с своей стороны принимало все зависящие от него меры к развитию религиозно-нравственного образования в среде войска и всегда оказывало военным властям самое живое содействие к достижению наилучших результатов в деле образования войска.

Так, главный священник гвардии и гренадер протопресвитер В. Б. Бажанов, желая распространить между нижними воинскими чинами полезное чтение книг духовно-нравственного содержания, циркуляром от 10 декабря 1859 года за № 1789, предписал всем подведомым ему священникам гвардейского и гренадерского корпусов, чтобы они озаботились устройством библиотек при каждой полковой церкви, приобретали для оных библиотек религиозно-нравственные книги на церковные суммы и давали таковые книги для чтения нижним чинам, для каковой цели и разослал в каждую полковую церковь несколько духовных книг, составленных им самим ²) и долженствующих положить основание церковным полковым библиотекам, а также особую книгу с печатными графами для записывания, кому и когда книга выдана и когда возвращена ³).

Затем главный священник армии и флотов В. И. Кутневич, заботясь об устройстве надлежащего церковного порядка в полках, предписал в 1863 и 1864 годах главному священнику Кавказской армии, равно и всем благочинным внутренней России «чтобы все священнослужители с особенным тщанием занялись преподаванием нижним чинам вверенных им полков Закона Божия», и при этом препроводил в руководство особое, составленное им самим «Наставление о преподавании Закона Божия нижним чинам ¹)».

Наставление это, по своим практическим указаниям, и до настоящего времени не потеряло своего значения ²). Между прочим заслуживают особенного внимания следующие заключительные слова этого наставления: «Учение тогда только доходит до глубины сердца учащихся, когда преподающий в глубине сердца своего полюбил оное и служит живым примером того, чему учит, и потому Преподаватель Закона Божия да обратит все свое внимание на самого себя и озаботится о том, чтобы пример его жизни соделывал плодоносным его учение». Независимо от этого протопресвитер В. И. Кутневич разослал по всем полкам для раздачи нижним чинам необходимые для учения руководства: изданные Святейшим Синодом «Букварь», «Начатки христианского учения» и «Евангелие» на русском языке.

Вступивший в 1888 году в управление военным духовенством гвардии и гренадер, армии и флотов Главный Священник протоиерей А. А. Желобовский, вникая во все отрасли своего управления, обратил внимание, между прочим, и на то, что дело преподавания Закона Божия в полковых учебных командах находится в настоящее время в очень неопределенном положении, что для этих команд и доселе невыработано соответствующей одногодичному курсу программы. На созванном его высокопреподобием 9-го февраля 1889 года по этому поводу втором общем собрании военного духовенства все присутствовавшие на оном о. о. протоиереи и иереи единогласно признали указание Главного Священника заслуживающим полного внимания и постановили: обратиться предварительно к военным и преимущественно к полковым священникам с поручением высказать свой взгляд по этому предмету, и, если нужно будет, составить по Закону Божию новые программы, которые вполне бы соответствовали нынешнему учебному курсу полковых команд. По получении заявлений и программ от военного духовенства Главный Священник составил, под председательством благочинного С.-Петербургских и Новгородских церквей армейского ведомства, протоиерея А. А. Ставровского, особую коммиссию, в состав коей вошли: о. о. протоиереи: Н. Н. Наумов, Д. Я. Никитин, П. П. Заркевич, Г. И. Фалютинский, Д. П. Поповицкий, Т. П. Дивов и священники: А. М. Песоцкий и А. Ф. Златковский.

Комиссия прежде всего поручила председателю осветить настоящий вопрос историческими данными и подлинными делами, производившимися по этому предмету в канцеляриях Военного Министерства и Главного Священника. Когда добытые данные, изложенные в начале настоящей записки, были председателем доложены, комиссия приступила к обсуждению пригодности или непригодности прежней программы, обнародованной по военному министерству в 1872 году и принаровленной к двухгодичному курсу учебных команд. И оказалось, что эта программа по своей обширности действительно несовместима с годичным сроком обучения, или точнее с временем от 1-го октября до 1-го апреля в продолжении коего, при одном уроке в неделю, за исключением праздников, инспекторских смотров и других подобных нарядов, на Закон Божий придется лишь от 15 до 20 уроков в год.

Затем комиссия приступила к рассмотрению проектов новых программ, присланных военными священниками. Всех проектов представлено было 17, а именно: от протоиереев: Н. Н. Наумова, Д. Я. Никитина, П. П. Заркевича, Г. А. Рождественского, Д. П. Поповицкого, Т. П. Дивова, Г. Д. Белопольского, Н. А. Каллистова, А. А. Копытовского, и священников: И. М. Перепелова, Ф. А. Евнитского, П. Ф. Богдановича, К. С. Вруцевич, А. А. Смирнова, М. А. Суслова, В. А Соколова и П. Н. Белостина. К некоторым проектам приложены были особые объяснительные записки. Из этих записок видно прежде всего общее сожаление, что по такому важному предмету, как Закон Божий, назначается слишком мало времени и всеобщее желание, чтобы число уроков было увеличено с одного на два в неделю. Затем, те же заявления говорят, что в программу Закона Божия должны войти следующие четыре отдела:

1. 1)

   необходимые для православного христианина молитвы;

2. 2)

   краткие рассказы главнейших событий из священной истории Ветхого и Нового Завета, с объяснением двунадесятых праздников;

3. 3)

   краткое объяснение Символа веры и десяти заповедей, с изложением главнейших догматов Православной церкви, учения о Таинствах, а также важнейших истин христианской нравственности и христианских обязанностей православного воина и

4. 4)

   ознакомление с Богослужением, ограничиваясь при этом краткими понятиями о храме и литургии и опуская из прежней программы вечерню и утреню, ввиду полной невозможности пройти все это в шесть месяцев даже при двух уроках в неделю.

С такими положениями комиссия вполне согласилась.

Приступая затем к составлению новой программы для Закона Божия, комиссия прежде всего поставила вопрос: к какому методу преподавания должна быть применена программа? В программах и объяснительных записках, представленных в комиссию вышепоименованными отцами, указывается два метода: метод поступательный и метод совместного преподавания. По первому; самому обыкновенному методу преподавание ведется так: начинается курс с научения молитв, потом проходится священная история, затем Символ веры и заповеди и наконец Богослужение. По второму методу совместного преподавания Закона Божия в основу преподавания полагается Символ веры, молитва Господня и десять заповедей. Библейские же события проходятся в связи с теми или другими истинами веры и нравственности, с которыми эти события имеют соприкосновение в проходимом члене Символа веры или заповеди. Принимая во внимание, что первый метод рекомендуется Св. Синодом в программах, утвержденных им для начальных народных училищ разных наименований и ведомств и для церковно-приходских школ и что этот же метод двумя бывшими главными священниками армии и флотов В. И. Кутневичем и П. Е. Покровским ¹) признается лучшим и для обучения нижних чинов, комиссия признала наиболее целесообразным составить программу Закона Божия по методу поступательному. Что же касается метода совместного преподавания, то, по мнению комиссии, законоучитель может пользоваться им после того, когда он пройдет Священную историю Ветхого и Нового Завета. Так объясняя Символ веры и десять заповедей, он может заставлять учащихся самих припоминать и рассказывать события из Священной истории, имеющие непосредственное отношение к изучаемой истине.

Общие требования, которые предъявляются законоучителю, при обучении Закону Божию, следующие. Законоучитель должен главным образом заботиться о том, чтобы учащийся из каждого его урока вынес мысль, чувство, стремление, способные ему служить семенем жизни нравственно-религиозной. Он должен быть и прост и жив в своих беседах, избегая праздного многословия, школьного мудрствования и мелочных подробностей ¹), что может скорее принести вред, чем пользу святому делу преподавания Закона Божия. Самое лучшее—законоучителю при своих беседах держаться, как можно ближе, языка священных повествований, который понятен для младенца и назидателен для мудреца.—Обращая внимание на нравственные истины, имеющие общее значение, законоучитель главным образом должен преподать те особенные нравственные обязанности, которые несет на себе христианский воин. Посему там, где это возможно, при прохождении Св. истории и десяти заповедей, законоучитель обращает внимание учащихся на нравственные обязанности собственно воина, заключающиеся в том или другом рассказе, в той или другой заповеди. Так например: в истории победы Давида над Галиафом заключается прекрасный пример упования на Бога пред сражением и любви к Царю и родине до готовности положить за них жизнь свою. В истории об Иоанне Крестителе необходимо указать на его поучение воинам.

В составленой комиссиею и предлагаемой ниже программе указано самое главное, существенное, что необходимо знать нижнему чину, воинской учебной команды. Выпустить и сократить еще что-либо в ней комиссия не находит возможным. Но и при всей ее краткости означенная программа может быть выполнена только при 2-х уроках в неделю, или при 30 уроках в год. При составлении программы, комиссия руководствовалась в частности следующими соображениями о числе уроков, потребных для каждого отдела программы, а именно:

В частности при изучении каждого отдела законоучитель, по мнению комиссии, должен иметь в виду следующее:

1. 1)

   При изучении молитв от учащихся требуется правильное и отчетливое чтение молитвы по-славянски, объяснение малопонятных слов и выражений и усвоение общего смысла молитвы. Законоучителю не возбраняется проходить молитвы вместе с священной историей, приурочивая ту или другую молитву к священным событиям, с которыми она имеет тесную связь, так например: «Богородице»... с Благовещением и прочая... При таком прохождении, молитвы скорее и легче будут усвоены и поняты учащимися. Руководством должно служить: «краткий молитвослов для православных воинов», издаваемый Главным Штабом Военного Министерства по благословению Св. Синода.

2. 2)

   При изучении Священной истории законоучитель должен обращать главное внимание на события и учение Нового Завета, касаясь событий ветхозаветных только в той мере, в какой это необходимо для понимания Нового Завета, и указывая при этом, по мере возможности, на связь их с христианским вероучением. При прохождении Ново-Заветной истории законоучителю должно обращать внимание учащихся на значение двунадесятых праздников и время их празднования, а, если найдет возможным, то укажет и на особенности их Богослужения.

3. 3)

   При изучении Символа веры и десяти заповедей законоучитель должен точно, наиболее удобопонятно и кратко выяснить те истины вероучения и нравоучения, которые содержатся в каждом члене Символа веры и заповеди. Учащиеся, кроме правильного и отчетливого чтения Символа веры и заповедей и объяснения малопонятных слов и выражений, должны уметь кратко передать те истины христианской веры и нравственности, которые содержатся в каждом члене и заповеди. При этом законоучитель обращает внимание и на особенности обязанностей воинской службы. Так, при прохождении 11 и 12 членов, укажет на постоянную молитву Церкви о православных воинах за Веру, Царя и Отечество на брани живот свой положивших; при прохождении 3-й заповеди—на значение воинской присяги; при прохождении 4-й заповеди—на святыню для солдата—знамя; при прохождении 5-й заповеди—на любовь к Царю и Отечеству и беспрекословное повиновение начальникам; при прохождении 6-й заповеди—на то, что убиение врага не считается законопреступным во время войны, а также—на любовь и милосердие к побежденному врагу, на необходимость избегать жестокого обращения с животными и т. д.

4. 4)

   При ознакомлении с церковным Богослужением законоучитель не должен вдаваться в уставные частности и археологические толкования. При объяснении литургии он ограничивается указанием важнейших действий службы, с очевидною ясностью напоминающих события жизни Христа Спасителя.

Всеми вышеизложенными соображениями и указаниями комиссия и рекомендует отцам законоучителям руководствоваться при выполнении предлагаемой ниже программы для полковых и других воинских учебных команд.

¹) То есть: по пробитии барабанного боя при вечерней и утренней заре.

²) Полн. Собр. Зак. Р. Имп. т. V ст. 3006; также библиотека Глав. Штаба; воинский Устав и воинский Артикул Петра I 1716 г., а равно дело Глав. Штаба 1 отд. 1 стола 1872 года, № 64.

¹) Там же.

²) Полн. Собр. Закон. Р. Имп. т. XVI ст. 12289 и т. XXIV ст. 17588, а также воинские Уставы, находящ. в библиотеке Главного Штаба.

³) Св. В. П. ч. III кн. 1, гл. 1, ст. 366—389.

⁴) Там же ст. 538—540.

⁵) Приказ по воен. вед. 1875 г. № 52, приложение 3, пункт 1.

⁶) Приказ по воен. вед. 1880 г. № 335, приложение 1, пункт 1.

¹) Приказ по воен. вед. 1867 г. № 262, проект статей, ст. 2.

²) Вышеознач. Приказ за № 262, инструкции § 7 пункт 4, а также дело канцелярии Глав. Свящ. Армии и Фл. 1870 г. № 221 лист 43, где на запрос Главного Священника М. И. Богословского от 3-го октября 1870 г. за № 5557 Главный Штаб от 19-го октября за № 2123 ответил, что до сего времени никакой программы не существовало.

³) Указ Св. Синода от 20 января 1871 г. за № 156, смотри дела Канц. Главн. Свящ. Армии и Флотов 1870 г. за № 221, лист 44; 1874 г. № 351, листы 6—8 и 1875 г. № 363 листы 1—2; а также дело Главн. Штаба 1 отд. 3 стола 1872 г. № 64.

¹) Приказ по воен. вед. 1875 г. № 52. Положение о полковой учеб. команде, пункт 20, прилож. 8 п. 1 и прилож. 9 п. 1.

²) «Воин христианин», «Примеры благочестия из жизни Святых», «Духовное сокровище.... и другие.

³) Смотри дела гвардейской канцелярии 1859 г. № 4, 1860 г. № 64, 1862 № 32 и 1863 г. № 23 о церковных библиотеках.

¹) Дело канц. глав. свящ. армии и флотов 1863—4 годов—смотри Ордера главного священника В. И. Кутневича в 1863 г. №№ 6504 и 186[неразборчиво]. № 1189.

²) Комиссия со своей стороны воспользовалась некоторыми практическими указаниями В. И. Кутневича.

[неразборчиво]

¹) Первый изложил свой взгляд на этот предмет в своем «Наставлении о преподавании Закона Божия нижним чинам», разосланном при ордере от 26 февраля 1864 года за № 1189. Второй выразил свое мнение, разбирая в 1875 г. различные учебники по Закону Божию, написанные по совместному методу: «Такая система расположения предметов, пишет он, если и имеет какое значение, то для преподавания в военных командах неудобна, по своей искусственности и неясности, отчего и предметы остаются без связи между собою и последовательности. Дело канцелярии Главного Священника армии и флотов 1874 г., № 351, лист 32 на обороте.

¹) В. И. Кутневич—«Наставление о преподавании Закона Божия нижним чинам».

Original: p. 367, p. 368, p. 369, p. 370, p. 371, p. 372, p. 373, p. 374, p. 375, p. 376

ПРОГРАММА по ЗАКОНУ БОЖИЮ:

для полковых и других воинских учебных команд, при двух уроках в неделю, составленная, учрежденною в 1889 году Главным Священником Гвардии Гренадер, Армии и Флотов комиссиею.

Отдел первый.

Необходимые для православного христианина молитвы.

1. 1)

   Предварительные понятия. Значение слов: «христианин» и «православный». Понятие о Боге, Божией Матери, Ангеле хранителе и св. угодниках Божиих. О молитве: место и время молитвы; внешние знаки, употребляемые на молитве (крестное знамение, поклонение и коленопреклонение); значение св. икон и возжение пред ними свечей и елея.

2. 2)

   Объяснение молитв:

   1. 1)

      Во имя Отца и Сына и Святого Духа;

   2. 2)

      Царю Небесный;

   3. 3)

      Святый Боже;

   4. 4)

      Отче наш;

   5. 5)

      Богородице Дево;

   6. 6)

      Спаси, Господи люди твоя;

   7. 7)

      Пред сражением: Спаситель мой.

Отдел второй.

Краткая священная история Ветхого и Нового Завета.

1. 1)

   Сотворение мира и человека;

2. 2)

   Грехопадение первых людей и обетование о Спасителе;

3. 3)

   Всемирный потоп;

4. 4)

   Авраам и принесение Исаака в жертву;

5. 5)

   Иосиф;

6. 6)

   Моисей;

7. 7)

   Закон Божий, данный Евреям при Синае;

8. 8)

   Царь Давид;

9. 9)

   Пророк Илия;

10. 10)

    Рождество Богородицы и Введение ее во храм;

11. 11)

    Благовещение Пресвятой Деве Марии;

12. 12)

    Рождество Христово;

13. 13)

    Сретение Господне;

14. 14)

    Иоанн Предтеча и Крещение Господне;

15. 15)

    Чудеса Иисуса Христа: укращение бури, хождение по водам и воскрешение Лазаря;

16. 16)

    Учение Христа Спасителя из нагорной проповеди: о 3 и 6 заповеди, о молитве, посте, милостыне, о неосуждении, о любви ко врагам;

17. 17)

    Притчи Иисуса Христа: о мытаре и фарисее, о блудном сыне;

18. 18)

    Преображение Господне;

19. 19)

    Вход Господень в Иерусалим;

20. 20)

    Тайная Вечеря;

21. 21)

    Страдания, смерть и погребение Иисуса Христа;

22. 22)

    Воскресение Христово;

23. 23)

    Вознесение Господне;

24. 24)

    Сошествие Святого Духа;

25. 25)

    Успение Божией Матери;

26. 26)

    Воздвижение честного и животворящего креста Господня;

27. 27)

    Крещение Руси.

Отдел третий.

Краткое объяснение Символа веры, десяти заповедей и семи таинств Христовых.

Отдел четвертый.

Ознакомление с церковным Богослужением:

• а)

  Устройство христианского храма;

• б)

  Объяснение главнейших священнодействий литургии: малый вход, чтение Апостола и Евангелия, великий вход, время освящения даров, выход с св. дарами на причащение и перенесение св. даров с престола на жертвенник.

Original: p. 376, p. 377

К ВОПРОСУ О ПРЕПОДОВАНИИ ЗАКОНА БОЖИЯ В ПОЛКОВЫХ ШКОЛАХ ¹).

Военное духовенство начинает все чаще и чаще заявлять свою просвещенную отзывчивость к религиозно-народным запросам времени. Им поднят давно назревший и весьма серьезный и важный вопрос: об усилении и улучшении преподавания Закона Божия в полковых школах.

Недавно состоялось собрание военного духовенства под председательством главного священника гвардии, гренадер армии и флота, которому была представлена для обсуждений программа Закона Божия в полковых школах. Оказывается, что выполнить существующую программу в 15 годовых уроков невозможно. Поэтому собрание решило сократить ее и ходатайствовать об увеличении числа уроков с 15 до 30. Интересна историческая записка, составленная комиссией, которой было поручено предварительное обсуждение программы Закона Божия в полковых школах. Из нее оказывается, что в полковых школах четверть обучающихся совсем безграмотные, две четверти знают кое-что, и только четверть имеет небольшой запас сведений из Закона Божия. Сообщение это заслуживает особого внимания ввиду многих соображений. Современная наша армия, при милионной громадности своего контингента, при кратковременности службы и при частых домовых отпусках, может и должна иметь влияние на народ; это не подлежит никакому сомнению. Но каково это влияние по своему характеру? В области умственного просвещения и в практической сфере народной жизни влияние нашей армии на народную массу, как элемента более умственно-развитого, дисциплинированного, как силы более культурной, должно быть, очевидно, благотворное. Служилые люди везде и во всем стоят впереди народа, являются его руководителями, советниками—в работе ли то, на сходке ли, в частных и общественных делах и случаях жизни народа. Солдаты отправляют обязанности властей сельских, волостных писарей и даже учителей народных. Народ сам чувствует и ценит эту силу и охотно уступает ей первенство и руководительство. Но, к сожалению, нельзя признать таковым влияния армии на народ в религиозно-нравственном отношении. Здесь это влияние является безразличным, а иногда прямо отрицательным и потому опасным. Наблюдатели народной жизни не обинуясь свидетельствуют, что нижние чины армии, возвращаясь из службы в село, нередко вносят в народ или религиозный индифферентизм, или явное небрежение в отношении религии, если не теоретической стороны веры православной, то внешней, обрядовой, церковной стороны ее, причем явно обнаруживают ослабление религиозно-нравственного чувства, нравственную распущенность и высокомерие в отношении к пастырям Церкви и к народным обычаям отцов и дедов. Между прочим, замечено прискорбное явление, что отставные солдаты играют немаловажную роль в распространении штундизма. По наблюдениям и статистическим данным в любом штундистском пункте, значительный процент штундистов выпадает на долю отставных солдат. В числе вожаков и лжепресвитеров везде встречаются солдаты. Явление это крайне прискорбное. Причина этой порчи православно-религиозного духа веры христолюбивого нашего воинства заключается, по словам покойного Каткова, в том, что «в наши военные порядки вторглось и держится многое такое, что не только не поддерживает религиозного духа солдата, вынесенного из среды народа, но и может действовать на него совершенно обратно. Доселе не было заметно строго-организованного круга и плана религиозно-нравственного воздействия на солдат со стороны полкового духовенства, не заметно было живого, благотворного пастырского водительства и научения солдат вере и нравственности в тот период его жизни, когда развитие душевных сил быстро подвигается вперед. Немалое значение здесь должна иметь, конечно, та или другая постановка преподавания Закона Божия в полковых школах. Как видно из вышеприведенного сообщения, доселе обучение Закону Божию поставлено было неудовлетворительно и со стороны объема программы, и со стороны времени. Лучшая организация этой стороны религиозно-воспитательного дела нашего солдата даст несомненно и иные плоды. Закон Божий преподается в так называемых полковых учебных командах. Полковая же учебная команда—это высшая военная школа для нижних чинов, уже прошедших школу грамотности, с довольно большою программою обучения, равняющеюся программе наших приходских школ. Эта школа служит для приготовления унтер-офицеров и состоит из лучшего, отборного контингента по нравственным качествам, умственным способностям и по развитию. Школа эта весьма хорошо организована в учебном отношении, состоит в ведении трех учителей-офицеров, священника-законоучителя и врача, преподающего уроки гигиены. Воспитанниками этих учебных команд состоят унтер-офицеры—эти дядьки и пестуны молодых солдат и всех прочих рядовых; они играют громадную воспитательную роль и являются первыми учителями и руководителями солдата во всем, а равно и в религии. На религиозно-нравственное воспитание и обучение этих пестунов солдат давно нужно было полковым пастырям обратить особое свое внимание. Эта школа должна вложить свои чувства и душу в сердце своих питомцев, как проводников в ряды армии чистого духа веры, народности, любви и преданности Престолу и Отечеству. Полковые учебные команды ежегодно выпускают от 12 до 15 тысяч солдат-воспитателей. Какая громадная сила, сколько она может внести добра, света, знаний в ряды армии, а затем в народ! Желательно, чтобы пастыри преподавали Закон Божий, научая истинам веры и нравственности, воспитывали обучающихся в любви и преданности Церкви и в уважении ко всякой святыне церковной и народной.

Кроме полковых учебных команд, есть в армии еще школы низшие, по программе равняющиеся школам грамоты: в них преподается чтение, письмо и арифметика; что же касается Закона Божия, то о нем нет даже упоминания в Положениях о сих школах. Эти школы также дают громадный контингент грамотных военных чинов. Желательно, чтобы новый проект не оставил без внимания этой аномалии ¹).

¹) Сообщаем военному духовенству нижеследующую заметку из апрельской книжки журнала—«Церковно-Приход. Школа». Ред.

¹) Заметка эта ясно говорит, что на деятельность военного духовенства в настоящее время обращено внимание общества. В таком внимании и сочувственном отношении к своей деятельности военное духовенство особенно нуждается теперь. Неотрадны результаты его прошлой деятельности (хотя в этом ответственно не одно оно); но, под влиянием общего пробуждения, военное духовенство начинает сознавать это и проникаться искренним намерением употребить все свои силы на благотворную деятельность религиозно-нравственного просвещения своей полковой паствы. Насколько нам известно, некоторыми священниками внебогослужебные беседы ведутся по несколько раз в неделю, причем, главным образом, и имеется в виду удовлетворение религиозно-нравственных потребностей того преобладающего большинства нижних чинов, которые не обучаются в учебных командах; есть даже священники, которые, при разбросанности частей полка, предлагают своим слушателям по 5—6 бесед в неделю, несмотря на неблагоприятные к тому условия. (разъезды по несколько десятков верст). Много трудов предстоит военному духовенству, чтобы оправдать ту высокую миссию, которую возлагает на него в настоящее время правительство и общество; и мы надеемся, что оно воспрянет и проявит свою деятельность не в лице только одних своих передовых деятелей. Ред.

Original: p. 377, p. 378, p. 379, p. 380

Разные известия.

СОВЕТУ ОБЩЕСТВА ПОПЕЧЕНИЯ О БЕДНЫХ АРМЕЙСКОГО ДУХОВЕНСТВА.

1. 1)

   Из Слонима.

   В отчете Совета за 1889 год на 63 стр., между прочим, сказано, что священник при 4-м стрелковым батальоне, протоиерей Лев Петровский, ранье довольно исправный член общества, в отчетном году не выслал ни от себя, ни от части, которая, таким образом, сделала взнос только один раз, в 1888 году, в размере 15 руб., тогда как в том же отчете на 43 стр. под № 311, означено: Петровский Лев (внес) 10 р. § 15 Слоним. Такое противоречие вероятно вытекает из заблуждения относительно личности протоиерея Льва Петровского, который в алфавите означен в ряду священников, и показывает незнание расположения частей войск в городах, пропечатанных в отчете против каждого члена Общества.

   Нужно заметить, что в г. Слоним, Гродненской губернии, расположен 11-й Драгунский Харьковский полк, куда я перемещен в конце 1888 года, со званием Благочинного 4-й кавалерийской дивизии; следовательно при 4 стрелковым батальоне в отчетном году, священником я не состоял, и, кроме личного взноса, от полковой церкви, с согласия Полкового Командира, 5 руб. выслал, что видно из отчета на 55 стр. Означенный же против 11 го Драгунского Харьковского полка священник Иоанн Миролюбов состоял в отчетном году, при 4 стрелковым полку, в г. Кутно.

   Поэтому желательно, чтобы Совет Общества попечения о бедных военного духовенства относился бы к членам Общества более справедливо, а к отчету—внимательно.

   Протоиерей Лев Петровский.

2. 2)

   Ему же из Риги.

   В 1887 году, в бытность мою полковым священником 113 пехотного Старорусского полка, мне удалось, с помощью Божиею, в пользу попечительства о бедных военно-духовного ведомства выслать из церковной суммы 25 рублей. Осенью того же 1887 года я был переведен на службу в 115 Вяземский полк, из церкви которого в пользу этого общества высылалось по 5 рублей. Я, будучи многосемейным человеком, глубокосочувствуя положению наших сирот, нашел возможность возвысить взнос от церкви до 10 рублей, как явствует из документов и как значится в присланном мне в сем году отчете общества на странице 53. То же количество, т. е. 10 рублей я послал и в нынешнем году, несмотря на крайне стеснительные обстоятельства самой церкви, так как в эти последние два года, устроивался вновь иконостас, стоящий более 700 рублей, и за церковью состоит еще долг, не упоминая о том, что в пользу церкви поступает только половина доходов, так как в церкви происходит совместное служение с 116 пехотным Малоярославским полком. Могу по совести сказать, что я, глядя на свое семейное положение и питая глубокое сочувствие к неимущим нашего сословия, употреблял все меры, отделить от церковных доходов то, что можно.

   Между тем, в отчете Совета Общества за 1889 г. на странице 61-й значится: «выразить признательность священнику Старорусского полка Александру Модестову, а священнику Вяземского полка, Феодору Луговскому, бывшему до 1887 года в Старорусском полку, сообщить о необходимости большего с его стороны рвения, хотя бы ввиду участия Общества к его семейному положению. Таким образом мне публично пред всеми моими братиями нанесен незаслуженный позор, глубоко меня тронувший, тем более, что обществом сделан намек на мое семейное положение, которое ни в каком случае непричастно к этому делу, хотя бы я и действительно относился так холодно к интересам Общества. Вследствие этого, я усердно прошу Совет Общества исправить его ошибку в отношении меня, также публично, как нанесен и позор мне публично.

   115 пехотного Вяземского полка священник Феодор Луговский.

Original: p. 380, p. 381, p. 382

ЖУРНАЛ ОБЩЕГО СОБРАНИЯ ЧЛЕНОВ ОБЩЕСТВА ПОПЕЧЕНИЯ О БЕДНЫХ ВОЕННОГО ДУХОВЕНСТВА 22 АПРЕЛЯ 1890 ГОДА.

На основании § 26 Устава Общества, 22-го апреля в 7½ часов вечера, в одной из зал Святейшего Синода, состоялось обыкновенное общее собрание членов, которое почтил своим присутствием и Главный Священник гвардии, гренадер, армии и флота.

1. 1)

   Собрание открыл Председатель Совета, который, на основании § 27-го, предложил общему собранию избрать председателя. Избран Генерал-Лейтенант Георгий Иванович Бобриков.

2. 2)

   Доложены общему собранию отчет о деятельности Общества за истекший год и заключение о нем Ревизионной Коммисии, в своем выводе заявившей, что добытый результат отчетного года дает ныне полную возможность воспользоваться представляющимся случаем, чтобы устроить Покровский приют в новой, более сподручной во всех отношениях, местности.

3. 3)

   Председателем Совета доложено, что настоящее помещение Покровского приюта по своему отдалению от духовно-учебных заведений, где воспитываются дети призреваемых, и от города, где последние могли бы иметь заработок собственным трудом, равно как вследствие ветхого состояния деревянных пристроек, не вполне безопасных и требующих большого ежегодного ремонта, признается совершенно неудовлетворительным. К такому же убеждению и Ревизионней Комиссии пришел и Главный Священник, который ныне обращает внимание на выгодные условия приобретения дома на Таврической улице № 21, владельницу которого, внуку протоиерея Полянского, Его Высокопреподобие склонил на уступку в пользу Общества своей недвижимой собственности за 15 т. рублей, причем сам предложил, для облегчения покупки, предоставить Обществу в безвозмездное и бессрочное пользование 5 т. рублей из сиротской суммы. Все это подало Совету повод образовать особую исполнительную комиссию, которая, по ближайшем ознакомлении с подробностями дела, единогласно признала предположенную покупку выгодною во всех отношениях.

   Доводя о сем до сведения Общего Собрания, Совет считает своим долгом выразить, что устройство Покровского приюта в благоприятных условиях устранит одну из забот, тяготеющих на главном развитии общественной деятельности, и даст возможность обратиться к другим предметам, имеющим благодетельно отразиться на призреваемых Общества. На первом плане между ними Совет считает образование отделения в Киеве, чтобы в этом южном военно-административном центре со временем создать новый приют для тех из бедных военного духовенства, кои по климатическим условиям и отдаленности встречают серьезные затруднения в пользовании общественными приютами, расположенными на севере, только в Петербурге и Кронштадте.

4. 4)

   По выслушании изложенного, Общее Собрание утвердило отчет Совета за 1889 год и сочувственно отнеслось к предположению о приобретении нового дома для перевода в него Покровского приюта, причем выразило глубокую признательность своему почетному члену Александру Алексеевичу Желобовскому, за попечительную заботливость об общественных интересах.

5. 5)

   Председателем Совета доведено до сведения Собрания о крупных пожертвованиях в пользу Общества: А. Ф. Златковского, внесшего в общественную кассу тысячную облигацию Восточного займа, и П. П. фон-Дервиза, приславшего триста руб. с обещанием такого же взноса и в последующие годы. На обращенные к присутствовавшему в собрании о. Златковскому слова благодарности, последний отвечал, что свою посильную лепту он принес, как выражение радости видеть общественную деятельность, восстановленною на благо ближнему неусыпными трудами лиц, ныне ею руководящих.

6. 6)

   В воздаяние трудов, понесенных в течение более 10-ти лет в звании членов совета, при том помощника председателя и казначея, Статский Советник Павел Иванович Соколов и протоиерей Алексей Андреевич Ставровский, единогласно избраны в попечные члены Общества.

7. 7)

   В заключение избраны членами Совета: Г. И. Бобриков, П. И. Соколов, протоиерей А. И. Соколов и протоиерей И. Я. Лекторов, кандидатами в члены Совета П. Ф. Лузанов, членами Ревизионной Комиссии А. П. Шарков и П. Ф. Лузанов, кондидатом к ним протоиерей М. В. Яновский.

Заседание закрыто в 10 часов вечера.

Original: p. 382, p. 383, p. 384

Редактор, Священник Иоанн Таранец.

От С.-Петербургского Духовного Цензурного Комитета печатать дозволяется.

С.-Петербург, Июня 4 дня 1890 года.

Цензор Архимандрит Григорий.

Тип. «Артиллерийского Журнала», Фурштатская, № 21.

Original: p. 384