Digital archive
Issue 1891, № 3, p. 81
Journal archive · External sources
Read this issue · Original in the library
Machine transcription checked against the scans by AI.
№ 3 ВѢСТНИКЪ ВОЕННАГО ДУХОВЕНСТВА. 81
было бы повторять то, что товоритъ общій голосъ и вообще то, что от-
лично выражаютъ самыя теплыя чувства испытавшихъ на себѣ ихъ благо-
творныя вліянія». Отзывы корреспондентовъ и русской и заграничной пе-
чати проникнуты особеннымъ и глубокимъ чувствомъ уваженія къ самоот-
верженію и труду сестеръ милосердія. «Всѣ, конечно, говоритъ Утинъ въ
своихъ воспоминаніяхъ («Вѣстникъ Европы»), работали съ неутомимой энер-
гіей, любовью и самоотверженіемъ, но, все-таки, на долю женщинъ выпало
самое тяжелое дѣло. Женщина была душой госпиталя, она была у кро-
вати больного, она присутствовала во время ампутаціи, она перевязывала
раненаго, она смотрѣла за чистотой, она наблюдала, чтобы больной полу-
чалъ пищу... всюду чувствовалось ея присутствіе, но за то она и не знала
покоя ни днемъ, ни ночью. Нельзя себѣ представить ту громадную разницу,
которая существовала между госпиталемъ съ сестрами милосердія и госпи-
талемъ, гдѣ ихъ не было... Тамъ, гдѣ были сестры милосердія и воздухъ
лучше и въ комнатахъ чисто и постельное бѣлье опрятно, тамъ, кажется,
больные и раненые меньше страдаютъ».
Въ письмахъ славныхъ борцовъ за освобожденіе славянъ также есть
немало строкъ и страницъ, полныхъ самаго глубокаго уваженія этимъ до-
стойнымъ труженицамъ. Вотъ разсказъ рядового, раненаго подъ Филиппо-
полемъ, записанный съ его словъ: «Тяжело мнѣ стало на душѣ, когда
послѣ стычки, раненый въ бокъ, лежалъ я посреди множества подобныхъ
себѣ: увидя вблизи кусты, я кое-какъ доползъ до нихъ и густою листвою
закрылъ себя отъ палящихъ солнечныхъ лучей... Только слышу невдалекѣ
голоса нашихъ, пришедшихъ собирать павшихъ. Собравши всѣ свои силы,
я поднялся и закричалъ имъ о помощи: но что мой голосъ среди столькихъ
стоновъ и такого говора! И я вскорѣ пришелъ въ ужасное положеніе:
забравшіе раненыхъ ушли, и мнѣ грозило дожидаться въ такомъ состояніи
до втораго, а можетъ быть третьяго, четвертаго ихъ прихода! Кровь струями
сочилась изъ раны, и давно уже сапоги мои были полны крови, шинель
представляла губку, насыщенную одною кровью... Я уже ничего не чув-
ствовалъ. Только открываю глаза и вижу одну изъ находившихся у насъ
сестеръ милосердія. Какъ она бѣдная старалась поднять меня на ноги—
вѣдь одна среди обширной равнины, покрытой трупами! Собравши послѣднія
силы, я поднялся на правый локоть, но въ это время, къ ужасу моей
сестры, новый потокъ крови обнаружилъ ей, что я буквально плаваю въ
этой жидкости. Къ довершенію пошелъ дождь. «Сестра! снимите сапоги
2
Report a transcription error
Loading support information…