Выпуск 1890, № 10

15 Мая ПЕРВЫЙ ГОД 1890 года.

ВЕСТНИК ВОЕННОГО ДУХОВЕНСТВА, ИЗДАВАЕМЫЙ ПО УТВЕРЖДЕННОЙ СВЯТЕЙШИМ СИНОДОМ ПРОГРАММЕ.

Цена годового издания, имеющего выходить 1 и 15-го чисел каждого месяца, в размере не менее 2-х печатных листов, 3 руб., с доставкою и пересылкою.

Подписка, статьи и разного рода объявления принимаются в Канцелярии Главного Священника Армии и Флота: С.-Петербург, Подьяческая ул., д. № 32-й.

№ 10 ВЫХОДИТ ДВА РАЗА В МЕСЯЦ. № 10

По оригиналу: лист 1

Часть официальная.

Высочайшие повеления.

ГОСУДАРЬ ИМПЕРАТОР, по всеподданнейшему докладу Г. Синодального Обер-Прокурора, согласно определению Святейшего Синода, в 17 день марта текущего 1890 года, ВЫСОЧАЙШЕ соизволил на укрепление за строющеюся в городе С.-Петербурге, в Галерной гавани, церковью во имя Милующей Божией Матери, двух участков земли, состоящих в Суворовском участке, Васильевской части того же города: одного по Опочиненной улице, под №№ по табели 1846 года 899, а по табели 1874 г. — 1033, мерою 109 47/72 квадр. саж. с деревянным домом и надворными постройками, и другого по Весельной улице под № 18, мерою 168 7/12 квар. саж., завещанных женою Майора Мариею Толстоноговою в пожизненное владение ее мужа (ныне умершего), а по смерти его — в собственность названной церкви на поминовение Илии и Марии.

ГОСУДАРЬ ИМПЕРАТОР, по всеподданнейшему докладу Г. Синодального Обер-Прокурора, согласно определению Святейшего Синода, в 19 день апреля текущего 1890 года, ВЫСОЧАЙШЕ соизволил на укрепление за С.-Петербургским Адмиралтейским собором покупаемого причтом оного для своего помещения, на счет сумм сего собора, принадлежащего вдове Майора Александре Эрнст и детям ее каменного дома, с землею под ним, находящегося в С.-Петербурге, Адмиралтейской части, 1 участка, по Миллионной улице и набережной р. Мойки, под № 70/15, за 97,500 руб. с переводом на причт в число упомянутой суммы уплаты долга С.-Петербургскому Городскому Кредитному Обществу в 50,304 руб. 39 коп., и с отнесением расходов по совершению купчей крепости и вводу во владение на счет сумм названного собора, причем имеющиеся на покупаемом доме долги частным лицам продавцы обязываются погасить ко дню утверждения купчей крепости.

По оригиналу: лист 1, с. 290

Распоряжения Главного Священника.

Протоиерей церкви бывшей Темир-Хан-Шуринской местной военной команды Иоанн Лебединский утвержден при церкви вновь сформированного в Темир-Хан-Шуре 9-го Кавказского резервного пехотного (кадрового) батальона (с 22 марта 1890 года).

Состоящие в числе кандидатов военного духовенства: священник Волосовской единоверческой церкви, Олонецкой епархии, Николай Ярославцев и Помощник Инспектора Ставропольской духовной семинарии, кандидат богословия Владимир Пречистенский переведены в ведомство Главного Священника, с назначением: Ярославцев — к церкви 24-го пехотного Симбирского полка и Пречистенский — к церкви 73-го пехотного Крымского полка (первый — с 14-го, а последний — с 17-го апреля 1890 г.).

Благочинный 39-й пехотной Дивизии, Протоиерей церкви 156-го пехотного Елисаветпольского полка Евстафий Хуциев перемещен на вновь открывшуюся священническую вакансию, — к Севастопольскому адмиралтейскому собору.

Благочинным же над духовенством 39-й дивизии и священнослужителем в Елисаветпольский полк назначен протоиерей Карского собора Иоанн Сосунцов. (Оба — с 27-го апреля 1890 г.).

Псаломщик Киево-Прозоровской военной церкви Николай Рядков уволен от службы и на его место назначен бывший воспитанник Тверской духовной семинарии Павел Вишняков (с 20 апреля 1890 г.).

[неразборчиво]

По оригиналу: с. 290, с. 291

Военному духовенству примеры, достойные подражания:

• Священник Преображенского всей Гвардии собора Александр Златковский принес в дар «Обществу попечения о бедных военного духовенства» тысячу (1000) р.

• Настоятель Севастопольского Адмиралтейского собора протоиерей А. Миловидов, по случаю награждения в день св. Пасхи орденом св. Владимира 4-й степени, пожертвовал в пользу вдов и сирот военного духовного ведомства пятьдесят (50) р.

• Священник 6-го пехотного Либавского полка А. Кушин, удостоенный в день св. Пасхи награждения набедренником, прислал на тот же предмет десять (10) р.

И трогательно, и поучительно.

По оригиналу: с. 292

ПОЖЕРТВОВАНИЕ В ЦЕРКОВЬ.

По домашнему духовному завещанию отставного унтер-офицера Никифора Прохоровича Пушкарева, составленному 20 августа 1889 года и утвержденному, к исполнению, определением Киевского Окружного Суда, от 25 января 1890 г., в церковь Киевского военного Госпиталя пожертвовано 50 рублей.

По оригиналу: с. 292

ОТ КАНЦЕЛЯРИИ ГЛАВНОГО СВЯЩЕННИКА АРМИИ И ФЛОТОВ.

Канцелярия Главного Священника Армии и Флотов покорнейше просит оо. Благочинных армейского ведомства, священнослужителей отдельных от полков церквей и Настоятелей соборов доставить в оную, в непродолжительном времени, именные списки наличному составу военного духовенства (не исключая диаконов и псаломщиков, где таковые имеются), по форме, разосланной при циркулярном ордере Главного Священника от 27 января минувшего 1889 года, за № 499, с точным обозначением мест расположения полков и жительства священнослужителей, не состоящих в ведении благочинных.

По оригиналу: с. 293

Часть неофициальная.

Слово, произнесенное 25-го марта 1890 г. в Преображенском всей гвардии соборе, пред молебствием по случаю 19-й годовщины существования благотворительного Общества.

Добро творите и зло не обрящет вы. Благо молитва с постом и милостынею; благо малое с правдою, нежели многое с неправдою; добро творити милостыню, нежели сокровиществовати злато. Милостыня бо от смерти избавляет и та очищает всяк грех; творящии милостыни и правды исполнятся жизни. Тов. XII, 8 и 9.

Божественный Основатель христианства Господь наш Иисус Христос, благотворя Сам беднякам и несчастным, обращавшимся к Нему за помощью, благоволил назвать их Своими меньшими братиями и обещал неизреченные награды на небе всякому милостивцу, благотворящему от сердца, исполненного любовью к Богу и ближним; людям же черствым, бессердечным и немилостивым угрожал огнем геенским и вечными муками ада. В совершенстве усвоив наставления Господа Иисуса, Св. Апостолы, в свою очередь, учили христиан, что: как без добрых дел милосердия христианского не может быть любви к ближнему, так без любви к ближнему не может быть любви к Богу. Так Св. Апостол и Евангелист Иоанн Богослов спрашивал: «кто имеет достаток в мире, но, видя брата своего в нужде, затворяет от него сердце свое, как пребывает в том любовь Божия? (1-е Иоан. III, 17-й). Ибо не любящий брата своего, которого видит, как может любить Бога, которого не видит?» (1-е Иоан. IV, 20-й). И Св. Апостол Петр, убеждая христиан к благотворительности, сказал: «более же всего имейте усердную любовь друг ко другу, потому что любовь покрывает множество грехов» (1-е Петра IV, 8-й). Но, спрашивается, можно ли, любя ближних, равнодушно относиться к их бедности, порокам и невежеству? Ответ на это мы находим у Апостола Иакова, который, сказавши, что «суд без милости не оказавшему милости» (Иак. II, 13-й), продолжает: если брат или сестра наги и не имеют дневного пропитания, а кто-нибудь из вас скажет им: идите с миром, грейтесь и питайтесь, но не даст им потребного для тела, что пользы?» (Иак. II, 15 и 16-й). «Чистое же и непорочное благочестие пред Богом и Отцем есть то, чтобы призирать сирот и вдов в их скорбях» (Иак. I, 27-й); ибо «мудрость, сходящая свыше, во-первых чиста, потом мирна, скромна, послушлива, полна милосердия и добрых плодов» (Иак. III, 17-й). Это значит, благочестивые слушатели, что любовь к ближнему, свидетельствуя о любви к Богу, сама должна быть свидетельствуема добрыми делами милосердия и благотворительности христианской. Апостол Павел, сказав, что «кто скупо сеет, скупо и пожнет», приводит затем изречение Псалмопевца: «расточи, даде убогим, правда его пребывает во век века». Вот почему св. отцы любили называть милостыню и благотворительность матерью христианских добродетелей, царским путем к небу. Между тем, ежедневный опыт показывает, что многие и весьма многие под разными предлогами уклоняются от всякого вида и способа благотворения. Но, спрашиваем таковых: осмелится ли кто-нибудь из истинных христолюбцев отказать в благодетельной помощи бедняку, угнетенному нуждою, зная, что все наши благодеяния Господь относит к самому Себе. В самом деле: ты подаешь хлеб алчущему, но принимает его от тебя Сам Владыка неба и земли, прозябаяй траву скотом и злак на службу человеком; ты приглашаешь под кров свой странника, не имеющего где главу приклонить, а входит в дом твой Господь, на небеси уготовавший престол Свой и царство Которого всеми обладает; ты подаешь одежду нагому, а облекается в нее одеваяй небо облаки; ты оказываешь помощь болящему, а усвояет ее Себе Сам Врач и посетитель душ и телес наших, исцеляяй сокрушенные сердцем и обязуяй сокрушения их. Поэтому, когда слышим слова Псалмопевца: блажен разумеваяй на нища и убога, в день лют избавит его Господь, то основанием для этого должно считать не иное что, как то, что «милуяй нища, взаим дает Богови».

Из всего сказанного с очевидностью следует, что человек грешник не имеет лучшего средства снискать Божие милосердие и благоволение, как именно добрыми делами милосердия и благотворительности христианской. До крайности разнообразны виды и способы благотворения христианского. Сюда относятся: милостыня нищим, призрение вдов и сирот, устройство школ и приютов, богаделен и домов трудолюбия. Не хочешь подавать милостыню нищим, устраивай школы, приюты, богадельни и т. п. Но помни, что всякое доброе дело имеет свою цену в очах Божиих лишь в том случае, если ты предпринимаешь его не из тщеславия и каких-либо корыстных побуждений. Кстати замечу, что с людьми, благотворящими в одиночку, часто случается, что они впадают к грех тщеславия, выставляя свои добрые дела напоказ, да прославятся от человек. Во избежание этого в христианской церкви издревле практикуется и пользуется уважением способ благотворения общественный. Нельзя не согласиться и не признать, что, подобно тому, как общественная молитва выше и благотворнее одиночной, частной молитвы, так и общественное благотворение полезнее и плодотворнее частного, когда человек благотворит, сам по себе, в одиночку. Еще Псалмопевец сказал: «се что добро или красно, но еже жити братии вкупе». Одобряя согласную семейную и общественную жизнь граждан, псалмопевец не менее одобряет вышеприведенными словами и всякое соединение людей в общества с целью успешнейшего благотворения. И действительно, в высшей степени отрадно и утешительно видеть, что люди совершенно посторонние друг другу соединились в общество, поставившее себе задачею оказывать помощь и поддержку бедным людям, впавшим в бедность и нищету по слабости здоровья, дряхлости и тому подобным причинам. Благодаря такому соединению добрых людей, при нашем соборе ¹) уже 19 лет существует благотворительное общество, имеющее в собственном доме богадельню и детский приют. Ввиду крайней недостаточности помещений богаделенного и приютского, Совет благотворительного Общества сильно озабочен расширением здания, в котором помещаются богадельня и приют. Особенного внимания заслуживает детский приют, который у нас хотя и имеется, но на слишком ограниченное число детей. Ввиду неотложной необходимости увеличить размеры богадельни и приюта, чтобы увеличить число призреваемых и обучаемых детей, Совет предпринимает постройку флигеля, которая по составленной смете обойдется около 25 тысяч. Я уполномочен Советом обратиться к добрым людям, посещающим наш св. храм, с приглашением оказать нам свое содействие своими приношениями. Кроме единовременных пожертвований на предположенную постройку, было бы желательно, чтобы все достаточные прихожане состояли постоянными членами Общества. Годовой членский взнос 12 рублей, которые можно вносить по частям не менее 1 рубля в месяц. Единовременный же взнос, дающий право на звание постоянного члена, уставом Общества определен в 200 руб. В границах нашего прихода живет масса домовладельцев, торговцев и вообще людей, настолько обеспеченных, что они нравственно обязаны проявить более осязательно свое усердие к расширению благотворительной деятельности Общества. В самом деле: представьте себе, что каждый домовладелец, каждый торговец и человек со средствами сделаются членами Общества; тогда таковых членов наберется до тысячи. Это давало бы Обществу около 12,000 рублей в год. С такими средствами Общество могло бы проявить гораздо более широкую деятельность, чем теперь. Не говоря уже о большем числе призреваемых в богадельне, тогда представилась бы возможность способнейшим мальчикам и девочкам давать средства получать вполне законченное образование техническое и ремесленное. А что может быть возвышенно-благороднее и нравственно-плодотворнее заботы о том, чтобы дети недостаточных родителей имели возможность приобретать такого рода образование, плодом которого должно быть уменье и усовершенствованная способность к труду, обеспечивающему честно заработанный кусок хлеба? И если обещана Господом награда каждому милостивцу, то мы нисколько не сомневаемся в том, что не минет эта награда тех из вас, которые с охотою и усердием вносят свою обычную лепту на доброе дело, которому служит наше благотворительное Общество. Трудитесь же, соревнуйте друг перед другом в содействии процветанию и расширению благотворительной деятельности нашего Общества в полной уверенности, что жертвуемое вами идет на дело святое и богоугодное: «милостыня бо от смерти избавляет и та очищает всяк грех». Помните, что, состоя членами Общества и привлекая к тому же и других, каждый из вас благотворит сугубо, ибо служит на пользу общества и государства двояко: во-первых тем, что призревает людей старых и немощных и не дает им умирать с голоду; во-вторых тем, что содействует умножению в Обществе людей грамотных и способных честным трудом снискивать свой хлеб, следовательно обществу полезных, способствуя тем самым уменьшению числа людей темных и к труду мало пригодных, а потому вредных, из среды которых выходят тунеядцы и бездельники. Зная это, будьте постоянны в своем благотворении, не ослабевайте в своем усердии «тщанием не ленивы, духом горяще, Господеви работающе. Бог же силен обогатить вас всякою благодатью, чтобы вы, всегда и во всем имея всякое довольство, были готовы на всякое доброе дело с уверенностью, что рука дающего не оскудеет. Аминь!

Священник Александр Златковский.

¹) Преображенском всей гвардии.

По оригиналу: с. 293, с. 294, с. 295, с. 296, с. 297

ВНЕБОГОСЛУЖЕБНАЯ БЕСЕДА О ТОМ, КАК ХРИСТИАНИН ДОЛЖЕН СМОТРЕТЬ НА БОЛЕЗНЬ И ОТНОСИТЬСЯ К БОЛЬНЫМ.

Болен (бех), и посетисте Мене (Мф. 25, 36).

Между различными бедствиями земной жизни, потеря здоровья есть одно из самых жестоких. Все счастье земное не выкупает страданий больного. Дайте ему все, но оставьте при страданиях, — все блага земные не будут иметь для него никакой цены. Положите его на мягком ложе, — он все будет стонать от боли, между тем как здоровый бедняк на жесткой земле наслаждается мирным сном. Уставьте его стол вкусными яствами и дорогими напитками, — больной не дотронется до них, завидуя бедному, который с удовольствием ест кусок черствого хлеба. Оттого-то при взгляде на больного, простертого на одре, мы испытываем такое грустное чувство! Даже суровый воин, закаленный в кровавых битвах, смягчается, трогается при виде тяжелых страданий больного.

В глазах христианина больной, как и всякий несчастный, заслуживает полного сочувствия. Самый легкомысленный человек у изголовья больного сосредоточивается в самом себе. Может быть и ты, христианин, бывал в таком скорбном положении. Вспомни об этих днях испытания и горести: подойди к одру томящегося собрата и возобнови в своем уме тогдашние твои помыслы и обеты. Да если бы здоровье твое и не подвергалось еще никогда таким жестоким изменениям, может быть вдруг настанет день, когда оно ослабеет неожиданно. Приготовляйся к такому времени испытания, как следует мудрому христианину. Научайся жалеть больного, ухаживай за ним с усердием и любовью, представляя себя на его месте.

Если зародыш болезни не наследовали мы от своих родителей, если не постигла нас болезнь по попущению Божию для нашего испытания и вразумления, то она обыкновенно происходит от собственной нашей неосторожности, от нашей легкомысленности. Большею частью мы сами расстраиваем свое здоровье, этот прекраснейший дар неба. Поэтому, при всяком случае, изучай сложение и свойства своего тела и с ними соображай образ жизни своей относительно пищи, питья, удовольствий и занятий своих. Никогда не забывай, что один час невоздержания может сделаться причиною многих горестных годов; одна минута пагубного легкомыслия, неумеренное пользование и дозволенными удовольствиями могут расстроить твое здоровье на всю жизнь.

Тело наше есть орудие, без которого дух наш не мог бы исполнить своего назначения на земле. Оттого-то человек весьма виновен, когда погрешает против хорошего состояния этого орудия.

Расстроивая тело, он отнимает у себя надолго, а иногда и навсегда, возможность делать столько добра, сколько бы мог он принести при здоровом его состоянии, отнимает у себя возможность исполнять добросовестно свои обязанности к Богу, Государю, Отечеству, своим согражданам, близким ему людям... Мало этого. Подвергая себя болезням, он сокращает продолжительность настоящей жизни. Человек невоздержный, безрассудный, по легкомыслию бесполезно подвергающий себя опасности, человек чувственный, расслабляющий свое тело излишними удовольствиями или утонченною негою — все таковые суть самоубийцы, хотя они совершают это преступление и не с явным намерением, без желания вредить себе.

А что еще важнее: зародыши многих болезней передаются нашим детям. Наши расслабления, наши страдания наследственно могут переходить в отдаленнейшие наши поколения, делая наши преступления как бы бессмертными, переходящими меру нашего земного существования. Христианин! приближайся чаще мысленно, или самым делом, к одру больного, Жилище его страданий есть жилище твоей мудрости. Когда его впалые глаза, его смертная бледность заставят тебя содрогнуться, тогда ты тверже решишься избегать всего вредного твоему здоровью... Думай однако ж не об одном только себе, — имей попечение о здоровьи и ближних твоих во Христе. Не увлекай никого к неумеренным удовольствиям, к этому не всегда сознаваемому источнику телесных и душевных болезней. Что скажет тебе совесть, когда ты похитишь у кого-нибудь прекрасный цвет его здоровья, когда сделаешься причиною его страдальческой жизни? Увы! как часто мы видим, что и добрые от природы люди грешат в этом случае, вследствие невнимательности своей к этой стороне обязанностей христианина. Их пример, разговор, одобрение легко увлекают других к гибельным излишествам. Нередко, желая доказать любовь другу, мы делаемся невольными его убийцами. Поднося чашу веселия, мы подносим ему медленный яд... Иногда не столько бывает опасна злоба людей, сколько их безрассудная легкомысленность. Христианин, чти как в самом себе, так и в других, дар здоровья!

Заботясь о здоровьи своем и других, старайся быть другом больных и страждущих, по примеру твоего Спасителя!.. Не подходил ли Он к одру умирающих? Не исцелял ли Он слепых и хромых, прокаженных и бесноватых? Не был ли прибежищем для всех несчастных — наш общий небесный Заступник? О вы, носящие имя христиан, будьте христианами на самом деле! Последователи Христовы, подражайте Божественному своему Наставнику! Конечно, ты не можешь возвратить больному потерянное цветущее здоровье, не может прекратить его страданий или избавить его от смерти, но ты можешь доставить ему утешение и совет, подать какую-нибудь отраду, сколько-нибудь успокоить несчастного, которому всего недостает: потому что недостает главного — здоровья. «Я был болен и вы не посетили меня», скажет Иисус Христос тем, которые не оказывают больным никакой помощи и участия... Помогай особенно больным бедным; богач всегда найдет готовых к его услугам за золото, но кто позаботится о бедном? Кто призрит странника? Нередко достаются им в удел одни только пожелания и бесплодное соболезнование... Помогай бедным больным и странникам учреждением благотворительных заведений, если это дозволяет твое состояние.

У предков наших был похвальный обычай. Наделенные от Бога состоянием, они часть своих избытков посвящали на благотворительные учреждения. Бог даровал им это достояние; они Богу и возвращали его с благодарением в своих духовных завещаниях. Благочестивые сердца их, благоговея пред Отцем Небесным, старались доказывать Ему любовь свою в лице несчастных собратий своих. Этот истинно христианский обычай теперь не только не забыт, но еще с новою силою возобновляется. Тысячи бедных, призреваемых в общественных заведениях, с признательностью молятся за благодетелей своих. А будут ли некогда молиться также и за нас? Любимцы счастия! Как равнодушно будут смотреть потомки на гордые памятники и надгробья ваши, когда вы не ознаменовали жизни своей сострадательностью и призрением несчастных собратий своих. Благословения и слезы благодарности не будут сопровождать вашу память! Потомки скорее поскорбят о вашем неуместном тщеславии, пожелеют о вашем желании продлить хоть наружную сторону суетной жизни вашей за пределы гроба!.. ¹). Одна искренняя благодарная слеза больного, призренного вашими пожертвованиями для страждущего человечества, была бы для вас драгоценнее всех поддельных, холодных слез, пролитых у мрамора ваших надгробий... Благословения облагодетельственных, как фимиам благоуханный, восходят к Престолу Всевышнего.

Во всякое время, во всяком месте, внемли страданиям больного собрата твоего. Если ты доселе не был его другом, — будь им теперь. А если был его недругом, сделайся теперь его братом! Оскорбил ли он тебя? Прости ему, чтоб он и с тобой, и с жизнью расстался без горечи.... Не допускай в особенности, чтобы кто-нибудь унес с собою в гроб справедливое негодование на тебя, чтобы отошел в жилище духов — с жалобою на тебя пред престолом вечного Правосудия...

Рано или поздно — посетит болезнь и тебя: и ты будешь вздыхать, сетуя на одре болезни. Тогда никакое лекарство, никакое пособие не доставит тебе столько облегчения, как успокоительная уверенность, что на тебя никто не пожалуется, что слезы и вздохи некоторых добрых сердец последуют за тобою в вечность, и ни одно проклятие не будет сопутствовать тебе.... В часы страдания яви свои христианские чувства терпения и покорности воле Творца: Он руководил тебя доселе, и будет твоим руководителем и в будущей жизни. Яви свою веру в Божественное Провидение неизменною преданностью путям Его, спокойным упованием и бодростью духа. Если ты умел жить со Христом, умей и умереть с Ним. Не призывай на себя смерти; но не страшись и почить в Господе. Миллионы уже умерли до тебя, миллионы еще умрут и после: таков закон, установленный Богом. Да и ты сам уже знаешь смерть; ты отчасти чувствовал уже её, когда сон смыкал твои ресницы. Не то же ли будет, когда ты уснешь и в последний раз?... Но нет; уснешь не ты сам, а только твое тело! Твоя душа не засыпает, а бодрствует в Боге, живет в Боге. Освободившись от уз земных, она перейдет в другую жизнь, о которой мы здесь не может и составить понятия. Положим, что твоя болезнь и не смертельна, что ты опять выздоровеешь: но надолго ли это счастие? Ты лишь на несколько шагов отступил назад от всегда раскрытой перед тобою могилы, к которой не перестаешь ты приближаться с каждым днем, с каждою минутою. Даже и на одре болезни не забывай своих несчастных собратий, — не переставай им благодетельствовать, сохраняй к ним любовь постоянно. Если во дни цветущего здравия ты забыл сделать какое-нибудь доброе дело — исполни его по возможности теперь; пусть ни один день в твоей жизни не проходит без христианского подвига. Воспоминание о твоих добродетелях подкрепит твой дух в грозный смертный час... Впрочем, и больной и здоровый христианин всегда должен быть готов переменить земное на вечное... Но эта готовность не в том состоит, чтобы мысль о смерти беспрестанно занимала твою душу; нет, безрассудно и неблагодарно было бы перед Богом — прекрасные дары Его в этой жизни считать ровно ничем. Должно только жить так, как будто бы тебе нечаянно и вдруг следовало оставить эту жизнь. Очисти свое сердце, чтобы оно в каждый час могло без трепета выдержать прикосновение холодной руки смерти. Устрой свой дом, чтоб ты мог быть уверен, что исполнил свой долг перед всеми, здесь тобою оставляемыми, когда бы болезнь или смерть тебя ни застала. Всегда веди свои дела с таким благоразумием, чтобы семейство твое, лишаясь тебя, не испытало двойной горькой для него потери. Здоровый, ты с нежною заботливостью печешься о всех нуждах своего семейства: подумай — кто будет о них заботиться, когда печальный какой-нибудь случай неожиданно отнимет тебя у них, и они останутся одни с заплаканными глазами?.. Не надейся, будто можно еще будет все устроить и во время продолжительной болезни: не видишь ли, как часто люди самого цветущего здоровья вдруг умирают? Не видишь ли, как часто внезапная потеря умственных способностей поставляет иных в невозможность привести в исполнение лучшие их намерения?

В поведении христианина вера должна господствовать над всеми его отношениями. Но он должен устраивать дела свои не только как гражданин неба, но — и как житель земли. Он проходит жизнь спокойно и без страха; он каждый час готов кончить свой расчет с временем и вечностью. Лучший христианин есть счастливейший из смертных. Он спокойно смотрит как на прошедшее, так и на будущее. В то время как он с глубокою благодарностью к своему Творцу пользуется благами этой жизни, дух его парит в области бессмертия, торжествуя над всякими ее превратностями. Упование его на Бога ставит его превыше всякого страха. О, если бы я мог своею смертью показать, как надобно жить, а своею жизнью — как должно умереть!

Так жил, так и умер Спаситель мой, Божественный Наставник Иисус Христос. Он был другом, опорою, утешителем бедных: я также хочу последовать примеру Его, сколько дозволят мои слабые силы.

Иисусе Христе, верховный Врач наших душ! Ты исцеляешь нас, обращая и самые болезни к нашему спасению. Ты — Прибежище всех страждущих, Покровитель всех уповающих на Тебя! Да не охладеет моя вера и любовь! В здоровьи и болезни укрепи мое упование на Тебя, и сохрани во мне, во всяком моем положении, мир души, утешенной и избавленной Твоею Божественною любовью и Твоими страданиями! Аминь.

Динабургского военного госпиталя Священник Григорий Навродский.

¹) Автор, очевидно, говорит только о некоторых «гордых памятниках и надгробиях», воздвигаемых суетным и не всегда искренним чувством, но что вообще надгробные памятники имеют глубоко — назидательное значение, в этом легко убедиться, побывав, напр., на братском кладбище в Севастополе... и пр. Ред.

По оригиналу: с. 297, с. 298, с. 299, с. 300, с. 301, с. 302

ВЕРНЫЙ СЛУГА ОТЕЧЕСТВА.

21-го апреля торжественно чествовалось пятидесятилетие доблестной службы в офицерских чинах командующего войсками Московского военного округа генерал-адъютанта Апостола Спиридоновича Костанды. Празднество началось с 9 час. утра семейно, в квартире юбиляра, и длилось, приняв уже затем форму общественного праздника, до вечера.

В 10½ час. утра, по прибытии виновника торжества А. С. Костанды с семейством, началась литургия, которую совершал преосвященный Александр, епископ Можайский, с восемью полковыми священниками, при хоре синодальных певчих. В начале литургии прибыл и оставался до конца богослужения и парада Обер-Прокурор Святейшего Синода д. т. с. К. П. Победоносцев. Собралось много почетных лиц Москвы и дам избранного круга.

По окончании литургии, на средине манежа, на особо устроенном амвоне, совершено было благодарственное молебствие, к служению коего присоединились представители восточных патриархов и настоятели подворий в Москве, архимандриты: Антиохийский Рафаил, Иерусалимский Мелетий, Константинопольский Геннадий и еще несколько полковых священников. По окончании молебствия и возглашения установленного многолетия, закончившегося многолетием юбиляру, ему поднесена была художественно исполненная икона Иверския Божией Матери в драгоценной эмалированной ризе от войск и учреждений округа, массивный складень с иконами святого апостола Петра, Александра Невского и святой Марии Магдалины — от духовенства и старост полковых церквей и икона святого Саввы — от Сторожевского монастыря, подчиненного преосвященному Александру. С 2 час. начали прибывать в квартиру юбиляра для принесения приветствий представители и депутации разных не военных учреждений и начальствующих лиц Москвы.

Из депутаций первою приветствовала юбиляра, происходящего из греческих дворян, депутация греческого королевского правительства и греческой колонии, во главе с консулом И. И. Зайченко и четырьмя архимандритами патриарших подворий, участвовавшими и в молебствии в манеже, причем от имени патриархов поднесена была икона святых апостолов Петра и Павла в ценной ризе. Архимандрит Иерусалимского подворья о. Мелетий при этом передал ордена креста святого Гроба Господня от патриарха Никодима юбиляру и супруге. Затем следовали депутации военного духовенства, от 2-й батареи гвардейской конной бригады и от 2-й гренадерской дивизии.

Германский консул доставил юбиляру бриллиантовые знаки ордена Красного Орла большого креста, пожалованного юбиляру императором германским. Бесплатная лечебница военных врачей чрез депутацию поднесла икону Господа Вседержителя, в ценной ризе. Общество хоругвеносцев Храма Спасителя поднесло икону 12-ти Апостолов, а Общество хоругвеносцев Успенского собора — хлеб-соль, знак почетного члена и 2,000 книжек для раздачи нижним чинам.

В день своего юбилея генерал Костанда удостоился получить приветственную телеграмму от Ее Императорского Величества Государыни Императрицы, от Высочайших Особ и от множества частных лиц.

В лице Апостола Спиридоновича Костанды русское войско и, в частности, наша славная гвардия чествовала одного из своих достойнейших представителей, у которого прекрасно сочетались выдающиеся способности боевого офицера и отличного военного администратора. ¹)

¹) Церк. Ведом., № 10, стр. 596—597.

По оригиналу: с. 303, с. 304

СЕРГИЕВСКИЙ ВСЕЙ АРТИЛЛЕРИИ СОБОР.

(Исторический очерк).

Преподобный Сергий Радонежский издавна почитается всею Православною Россиею, как заступник и покровитель нашего отечества. Русские артиллеристы, кроме того, призывают Его в своих молитвах, как небесного сподвижника в их ратном деле. Поэтому на торжественном молебне, совершенном 8 Ноября 1889 г., по случаю 500-летнего существования в России артиллерии, к благодарственному молебствию был присоединен и канон преподобному Сергию. Молебен этот совершен был Главным Священником Гвардии и Гренадер, Армии и Флота, протоиереем А. А. Желобовским в сослужении причта Сергиевского собора, в присутствии Их Величеств, Особ Царской Фамилии и всей гвардейской артиллерии, расположенной как в самом Петербурге, так и окрестностях его.

В Москве, в бывшей Пушкарской слободе, есть старинная церковь, известная под названием «Сергия в Пушкарях». Церковь эта расположена в таком же направлении и, пожалуй, на таком же расстоянии от Кремлевского Дворца, как и Сергиевский собор по отношению к Зимнему Дворцу в С.-Петербурге.

Великий Князь Московский Димитрий Иоаннович, собираясь на битву с татарами, испрашивал благословение у преподобного Сергия, который дал в помощь Великому Князю своих иноков — Пересвета и Ослябя. Одержанная русскими на куликовом поле победа навсегда сохранила в русских воинах глубокое почитание преподобного Сергия, и вот в Стрелецкой слободе Пушкарей создается храм во имя преподобного Сергия.

Церковь Сергия чудотворца, что в Пушкарях, близ Неглинной, придельная, как значится по писцовым книгам, построена была прежде сего деревянная при Царе Алексее Михайловиче в 1662 году, частью Государевым, частью стрелецким коштом. «Пушкарскою» названа по имени тех стрельцов, которые из пушек на войне стреляли и в тех местах жили, где был в древности почти первый колокольный литейный завод. Впоследствии, в 1684 г., в память того же угодника вместо деревянной создана каменная, и к ней вскоре после того пристроена большая Живоначальныя Троицы, стрелецким же иждивением. Достойно примечания, что эта церковь была первенствующею при всех полках артиллерийских, на которую и ныне производится от них подаяние на церковное строение; но после третья часть этого дохода отделена на Сергиевскую церковь, что в С.-Петербурге, на Литейной улице, именуемой и там «в Пушкарях» ¹). Эти сведения раскрывают пред нами причину, по которой и в С.-Петербурге имеется храм во имя преподобного Сергия, именующийся артиллерийским собором.

По соседству с этой стрелецкой пушкарской землею была другая стрелецкая земля у Спаса во Спаской. Воздвигнутый тут храм напоминает о том, что во вновь сформированном Великим Петром Преображенском полку была организована рота пушкарей, под именованием «бомбардирской». Впоследствии здесь устроены были артиллерийские казармы, а по соседству с ними артиллерийский полевой двор, на месте которого теперь красуется здание Николаевской железной дороги. Есть в Москве еще старинные пушкарские урочища — это Кузнецкий мост, с прилегающей к нему улицей Софийской, где издавна существовали пушечные избы храма во имя св. Софии, освященного в 1660 г.; Гранатный переулок, где при Царе Алексее Михайловиче устроен был гранатный двор и изготовлялись гранаты; Оружейный переулок, где помещалась слобода ружейников. Стрелецкие земли по мере увеличения полков были разбросаны в разных местах г. Москвы; но в соседстве с кузнецами, выделывавшими пушки, расположены были именно те пушкари, которые умели обращаться с пушками, — и назывались они пушкарями.

Итак, целым рядом исторических данных доказано, что Москва есть колыбель русской артиллерии, — она доныне стоит на костях древних стрельцов пушкарей.

Сергиевский всей артиллерии Собор расположен невдалеке от р. Невы, на левом ее берегу, в местности в настоящее время хорошо обстроенной и населенной, на углу Сергиевской улицы и Литейного проспекта. Местность, входящая в район Сергиевского прихода, по своей относительной возвышенности, близости к освежающим Невским водам и двум большим садам (Летний и Таврический) бесспорно одна из самых здоровых местностей в столице после Васильевского острова.

Еще со времен Петра Великого преобладающим элементом в населении этой местности были «служившие пушкарскому делу», т. е. полевые артиллеристы, мастеровые, в большем числе работавшие на бывшем здесь еще с 1713 года Литейном дворе, чиновники управления артиллерии и фортификации. На месте нынешних богатых улиц Захариевской, Сергиевской и Фурштатской с первой четверти прошлого столетия тянулись три «пушкарские», впоследствии «артиллерийские» улицы, или «слободки», застроенные низенькими и длинными деревянными казармами, иначе связями, где помещался многолюдный служилый артиллерийский штат с своими семействами. Близлежащая Литейная улица, начинавшаяся от Литейного дома близ Невы и продолжавшаяся до Владимирской церкви, что «за невской перспективой», застроена была «нарочито деревянными зданиями».

Из старинных документов, собранных в разных архивах и изданных протоиереем Д. Я. Никитиным отдельной брошюрой, видно, что со времен Петра Великого Сергиевская артиллерийская церковь в длинный 157-летний период своего существования строилась заново четыре раза. Сначала, в 1731 г., построена была небольшая деревянная церковь для артиллерийских чинов во имя преподобного Сергия. В 1728 г. 2 апреля полевой артиллерии священник о. Даниил Яковлев доносил артиллерийской канцелярии, что в Пушкарской слободе при артиллерийском лазарете отведен ему покой, в котором он совершает частную службу. Туда, кроме артиллерийских служителей, собираются и посторонние люди. А так как покой этот ветх и тесен, то просил ходатайства о построении при этой слободе деревянной на каменном фундаменте церкви. Артиллерийская канцелярия, на основании такого представления, избрав пустопорожнее место на Московской стороне р. Невы, в Пушкарской слободе, на углу двух линий, или артиллерийских улиц, в свою очередь ходатайствовала пред Св. Синодом о построении на том месте деревянной на каменном фундаменте церкви во имя Сергия, Радонежского чудотворца, на что и последовало благословение Синода 25 августа 1729 г.

На построении этой церкви употреблено из лазаретной суммы заимообразно 1000 руб., кроме мирского подаяния. 13 мая 1731 г. новоустроенная церковь была освящена, и в ней открылось полное богослужение. Но спустя ровно 6 лет, именно 27 Мая 1737 г. по неизвестной причине церковь сгорела.

В следующем году была освящена вновь отстроенная на том же месте и в честь того же святого деревянная же церковь, только без шпица и архитектурных украшений. Но и эта церковь существовала недолго. По неудобству и тесноте помещения и как несоответствующая городскому плану, она по приказу комиссии по постройке Петербургских зданий после 4 лет существования снесена и продана за 600 руб. для поставления церкви в дворцовых слободах.

В начале 1743 г. артиллерийское ведомство возбудило ходатайство о постройке новой каменной церкви и 21 февраля того же года домовая контора преосвященного Никодима, епископа С.-Петербургского, указом дала знать Сергиевскому священнику Игнатию Васильеву, что Св. Синод разрешил артиллерийскому начальству приступить к постройке новой каменной Сергиевской церкви на том же месте, где были две прежние деревянные. Вместе с тем ему препровождена была книга для записи доброхотных на построение церкви даяний и вменялось в обязанность уведомить преосвященного, как скоро церковь будет готова к освящению.

Получив этот указ и предписание по тому же делу управления главной артиллерии и фортификации, незабвенный по своей энергии и многолетней неутомимой на пользу церкви деятельности, священник Игнатий Васильев быстро и смело приступил к делу: с сборной книжкой в руках он ежедневно входил в палаты знатных вельмож и в хижины бедных пушкарей с просьбою доброхотных посильных пожертвований на построение храма. И Господь благословил его труды выше ожиданий: спустя не более одного месяца, собрана была им уже весьма значительная по тому времени денежная сумма в 2,300 р., кроме разных вещей для церковной утвари. Вместе с тем о. Игнатий письменно и словесно сносился с управлением артиллерии, испрашивая воспособления и со стороны казны и выставляя на вид, что церковь предназначается главным образом для артиллерийского корпуса.

Интересен мотив, по которому тогдашнее артиллерийское управление формальною бумагою отказывало о. Игнатию в его настойчивой просьбе: «Понеже, писало оно, в сборе на строение той каменной церкви имеется уже более 2000 р. и сие при нынешнем отсутствии из Петербурга Ее Императорского Величества двора в самом кратком времени собрано. А когда Ее Императорского Величества присутствие имеет быть в Петербурге, то сбору на построение той церкви и более быть утвоетца». Впрочем, управление артиллерии далеко не безучастно относилось к ходатайству о. Игнатия о материальном пособии при постройке каменного храма: не раз оно отпускало ему безвозмездно или с большою рассрочкой в уплате, и всегда по ценам уменьшенным кирпич, железо, медь, олово, бревна, доски, гвозди и др. строительные материалы, а также помогало ему людьми, лошадьми и экипажами, давая артиллерийских солдат с казенными фурами для перевозки этих материалов.

Пока все это приобреталось и свозилось, о. Игнатий Васильев продолжал сбор пожертвований: к концу 1744 г. он имел наличными уже 12000 р. — сумма совершенно достаточная, чтобы приступить к постройке храма, достойного столицы того времени. Поэтому о. Игнатий вместе с архитектором Шумахером спешил отыскать подрядчиков и мастеров на разные церковные работы: каменщиков, кровельщиков, живописцев, с которыми и заключал формальные контракты. В церковном архиве сохранилось несколько таких контрактов, интересных в том отношении, что они дают нам верное понятие о ценах на разные предметы общежития за 150 лет тому назад, — ценах, слишком несходных с настоящими.

Вот, например, адмиралтейского ведомства отставной резного дела ученик Лазарь Аксентьев, сын Добрынин заключает с о. Игнатием такое условие: «1745 г. мая 15-го дня договорился я сделать в новостроющуюся каменную Сергиевскую церковь из своего липового сухого дерева резную всю работу в иконостасе по учиненному чертежу, да сверх того царские резные двери, во всем подобные имеющимся на Охте в церкви Св. Троицы, да на куполе к 16 пилястрам капители, да внутри главу вверху, в восемь углов по два каранштейна на угол, и все те штуки прибивать и укреплять мне, Добрынину. За все вышеозначенные работы рядился я, Добрынин, взять всего семьдесят рублей». А вот письменный договор, свидетельствующий о том, как низко ценились рабочие руки в то отдаленное от нас время. 30 апреля 1744 года крестьяне: Тимофей Волков и Осип Санников заключили со священником и всеми приходскими людьми Сергиевской церкви нижеследующий договор: «во-первых, обязуемся мы к строению новой каменной церкви в лето 1744 г. поставить каменщиков 50 человек, добрых и каменной работе изобычайных с указанными пашпортами. Во-вторых, за исправление тех работ платить им — Волкову и Санникову — по договорной цене за кладку в бут фундамента плитного камня с кубической сажени по одному рублю тридцати копеек; за положение в дело как в сводах, так и во всех прочих нижних и вышних местах кирпича с тысячи по одному рублю пяти копеек; за теску кирпича и положение в дело с погонной сажени по двенадцати копеек». Еще ниже ценилось тогда художество, или живописное искусство, в наше время составляющее весьма благодарный труд. К 1 июля 1745 г. Георгий, грек-иконописец, обязался изготовить в Сергиевскую церковь 35 образов большой и малой величины, между коими 8 икон для иконостаса двухаршинной длины и более, чем аршинной ширины, писанных самым добрым мастерством из собственного его — Георгия — материалу, с позолотою и в золоченных рамах. За все эти работы Георгий выговорил себе при своем материале всего только 250 руб. Немногие из этих икон сохранились доныне в Сергиевском Соборе и обличают в живописце дарование, весьма редкое в нашем отечестве в половине прошлого столетия.

Работы по церкви к весне 1746 г. приходили к концу и не только с наружной, но и с внутренней ее стороны до последних мелочей как в главном, так и в боковом, Николаевском приделах. Двухпридельный, довольно обширный каменный храм преп. Сергия для жителей тогдашнего деревянного и плохо еще обстроенного города казался величественным зданием. Известный правдивый описатель Петербурга прошлого века, Рубан, видевший сам вновь построенный Сергиевский храм, отзывается о наружности его с большою похвалою. По его словам церковь устроена преизрядно. Действительно, сравнивая, по приложенным к книге Рубана рисункам, тогдашние столичные церкви, большею частью деревянные, с каменным обширным храмом преп. Сергия, легко убедиться, что храм этот, после Александро-Невского монастыря и кафедрального Петро-Павловского Собора, был едва ли не самым лучшим во всем Петербурге. Здание церкви представляло собою вид продолговатого четвероугольника в 12 больших окон в нижнем корпусе и с тремя входными высокими дверями с западной, северной и южной сторон. В этом отношении старая Сергиевская церковь имела большое сходство с ныне существующею. Ко дню освящения новопостроенный храм в достаточном количестве был снабжен от доброхотных жертвователей всем, что нужно для совершения полного богослужения. Особенно много приобретено было священнических риз с полным облачением: их было не менее 30 экземпляров.

Торжественное освящение храма, построенного усердием о. Игнатия, в присутствии самой императрицы Елисаветы Петровны и всех высших чинов артиллерии и при многочисленном собрании людей приходских, совершено было 24 сентября 1746 г. преосвященным Феодосием, архиепископом С.-Петербургским и Шлиссельбургским, при соучастии местных священнослужителей, причем на св. трапезу в главной церкви возложен был новый антиминс, священнодействованный тем же преосвященным Феодосием. Что касается до придельного храма во имя святителя Христова Николая, то он освящен был немного позже, именно 4 октября того же года по благословению преосвященного Петро-Павловским ключарем Василием Стефановым с протодиаконом того же собора Михаилом Алексеевым, причем на св. престол возложен был антиминс, оставшийся от прежней деревянной церкви.

Прошло 15 лет со времени освящения каменного храма. Казалось — церковь была поместительна, светла, суха, удобна во всех отношениях. Не то было на деле. 10 января 1762 г. протопоп Игнатий Васильев доносил новому С.-Петербургскому архиепископу, преосвященному Вениамину: «во вновь устроенной Сергиевской церкви оказуется немалое затруднение, вредительное для церковного благолепия. В зимнее время из теплой придельной церкви в большую холодную входит пар и чинит сырость, от которой вредятся св. иконы, иконостас и ризница, а наипаче на св. престоле и жертвеннике облачение и самый освященный антиминс плеснеет и темнеет. Да притом теплая трапезная церковь, т. е. придел св. Николая чудотворца, по нынешнему артиллерийского корпуса великому комплекту и людей умножению, стала весьма тесна». Чтобы устранить все эти неудобства, о. протоиерей Игнатий Васильев в том же рапорте своем просил преосвященного разрешить ему устроить при Сергиевской церкви третий предел в честь новоявленного чудотворца, святителя Димитрия Ростовского, разобрав для того левую сторону трапезной церкви. С устройством нового придела, писал о. Игнатий далее, теплая церковь расширилась бы по меньшей мере на 4 саж., а это, в свою очередь, содействовало бы более правильному распределению температуры воздуха во всей остальной части храма. Осуществление своего намерения заботливый пастырь считал тем более возможным, что все расходы по устройству предполагаемого придела принимал на себя «некий Боголюбец» Савва Яковлев. Св. Синод, как видно из консисторского указа на имя протопопа Игнатия, вначале не соглашался на постройку третьего придела «за сумнением таким, якобы от того внутри трапезы причинится теснота, а снаружи от церковного строения отымется красота, да и чертежа оному строению к прошению не приложено». Но вслед за тем благословение на постройку придела было дано, и в том же 1762 г. подряд на работы взяли на себя крестьяне Костромского уезда. В следующем году придел был освящен, но неизвестно кем. Неизвестно также, почему новоосвященный придел посвящен имени св. Архистратига Михаила, а не святителя Димитрия Ростовского, как предполагалось прежде.

(Продолжение будет).

¹) Сведения сообщены Девичьего Алексеевского в Москве монастыря о. диаконом А. К. Писаревым, бывшим псаломщиком церкви преподобного Сергия в Пушкарях в Москве.

[неразборчиво]

По оригиналу: с. 304, с. 305, с. 306, с. 307, с. 308, с. 309, с. 310, с. 311

По поводу статьи о. Протоиерея Григория Фалютинского «Общество попечения о бедных военного духовенства».

С тяжелым чувством читали мы статью о. Фалютинского: «Общество попечения о бедных военного духовенства», где обидно и неверно говорится о причинах безучастливого отношения гвардейских пастырей к вдовам и сиротам армейских священнослужителей. «К величайшему сожалению, рассуждает он, гвардейское духовенство медлит следовать горячему призыву духовного начальника нашего, г. Главного Священника к помощи бедному армейскому духовенству. Такая медлительность, как нам кажется, объясняется тем, что гвардейское духовенство свыклось с своим обособленным (по управлению) положением и крепко сроднилось с традиционным взглядом на свое преимущественное положение в материальных и нравственных условиях своего служебного быта. В силу такого взгляда и найдя возможность лучше обеспечивать своих вдов и сирот, оно и не желает объединяться (с армейскими священниками) в делах благотворительности» (стр. 279). Еще ярче отмечает автор статьи эту мысль в подстрочных словах: «Конечно, на приглашение армейского и флотского духовенства к взаимному объединению в благотворительности, гвардейское духовенство может сказать, что у нас есть своя прекрасная богадельня, есть свои большие сиротские суммы, которые мы можем постоянно увеличивать и в армейском вспоможении вовсе не нуждаемся. Ведь армейское и флотское духовенство, при скудости своих средств, нам не может помогать, а скорее мы, при обилии своих средств, в состоянии помочь ему. В силу такого неравенства в средствах мы и не желаем объединяться в делах благотворительности и пусть каждое ведает своих вдов и сирот и им посильно помогает» (стр. 279, 2 примеч.). Вполне уверенный, что гвардейское духовенство в своем равнодушии к бедным сиротам армейских пастырей руководится теми именно соображениями и мотивами, которые он приписывает ему, протоиерей Фалютинский проводит параллель между гвардейскими церквами и воображаемым богатым храмом какой-либо епархии, который не делает никаких взносов в епархиальное попечительство о бедных, а свои громадные церковные суммы сдает исключительно на личные нужды своих священнослужителей, устрояющих на эти деньги торжественные обеды и ужины по случаю тех или других выдающихся событий из своей семейной жизни.

Если бы мы не знали близко достопочтенного отца протоиерея Григория Фалютинского, как умного, просвещенного и весьма благонамеренного пастыря, служащего, можно сказать, украшением всего военного духовенства, то могли бы заподозрить его в желании бросить тень, крайне неблагоприятную уже всей корпорации гвардейского духовенства, своего «старшего брата», как назвал его, по случаю 25-летнего служения своего, всеми уважаемый о. протоиерей А. А. Ставровский. Но в резких, обличительных словах о. Фалютинского слышится не упрек, а скорее вопль его доброй, сострадательной души, стремящейся к тому, чтобы как можно скорее и больше помочь бедным вдовам и сиротам армейских своих собратий.

Действительно, помощь и самая скорая помощь этим вдовам и сиротам крайне необходима. Как видно из последнего «отчета Общества попечения о бедных армейского духовенства», средства этого «Общества» и доселе довольно ограничены, несмотря на живое и самое энергичное содействие преуспеянию его со стороны достойнейшего председателя совета его Г. И. Бобрикова и г. Главного Священника А. А. Желобовского, всегда готового словом и делом помочь нуждающимся своим подчиненным. Не отрицаем и того, что гвардейские церкви доселе не пришли на помощь упомянутому благотворительному «Обществу», а гвардейские священники, за весьма редкими исключениями, не принимают и личного участия в его благотворительной деятельности. Но отчего происходит такая медлительность гвардейских церквей и священнослужителей в участии в благом деле? Вот этот-то вопрос, весьма важный в данном случае, следовало бы о. протоиерею Фалютинскому рассмотреть и решить вполне основательно и беспристрастно, а не так, как он решил его в упомянутый статье. Прежде всего заметим, что нет греха в том, что гвардейское духовенство имеет желание «лучше обеспечивать своих вдов и сирот», чем армейского духовенства. Такое желание и естественно, и справедливо, и похвально. Плохой тот сын и брат, который, имея бедную мать или нуждающуюся сестру, стал бы больше заботиться о других, чем о прямых ближайших себе по крови и по духу. Отец, мать, брат и сестра ближе нашему сердцу, чем люди не связанные с нами такими тесными плотскими и духовными узами. А в гвардейской богадельне призреваются именно матери, отцы, братья и сестры гвардейских священнослужителей.

Гвардейские церкви не делают денежных взносов в «Общество попечения о бедных армейского духовенства» единственно потому, что они не имеют на то законного разрешения. Напротив, они имеют Высочайше утвержденное распоряжение Главных Священников ежегодно отчислять шесть процентов из своего капитала «на вдов и сирот гвардейского духовенства». Некоторые церкви и соборы гвардейского ведомства, сколько нам известно, ежегодно высылают для указанной цели значительную сумму.

Когда последует правительственное распоряжение о том, чтобы церкви гвардейские отчисляли известный процент из своих сумм и в пользу бедных армейского духовенства, они в точности будут исполнять такое распоряжение. Теперь же, когда в своей благотворительной деятельности гвардейское духовенство руководится иными законами, чем армейское, преждевременно обвинять нас в равнодушии к бедствующим собратьям по служению.

Сравнение богатого гвардейского храма с богатою церковью в еперхии, не доставляющею взносов в епархиальное попечительство о бедных духовного звания, не имеет для себя никакого основания: богатая епархиальная церковь обязана делать взносы в попечительство, а гвардейские церкви, обязанные доставлять известные суммы на вдов и сирот гвардейского духовенства, не имеют разрешения отчислять какие бы то ни было деньги на бедных армейских вдов и сирот. Нельзя же распоряжаться церковными суммами по воле только настоятеля или старосты церкви даже и для благих целей!

Что касается замечания о. Фалютинского, что гвардейские пастыри и от себя лично почти не делают взносов в Общество попечения о бедных армейского духовенства (в отчете неверно употреблено «военного» духовенства), то мы должны сказать одно: гвардейские священники, за недавностью объединения своего с армейскими по управлению, не успели еще ознакомиться с их нуждами и жизнью, как должно. Весьма и весьма желательно, чтобы все гвардейское духовенство как можно скорее слилось с армейским в деле христианской благотворительности, не отличая своих от чужих и делая добро всякому нуждающемуся, тем более своим же собратам по служению в военном ведомстве. Умоляем своих сослуживцев по гвардии, как достойнейших представителей военного духовенства, ближе ознакомиться с благотворительным «Обществом попечения о бедных армейского духовенства», сердечно примкнуть к этому прекрасному по цели учреждению, записывавшись членами его, и не только свою жертвовать собственную посильную лепту на помощь бедным армейского духовенства, но и других, особенно своих прихожан, располагать к тому же. Этим мы угодим Господу Богу, порадуем вдов и сирот и утешим ими благостного начальника. Для успеха дела совету «Общества попечения о бедных армейского духовенства» следовало бы теперь же разослать во все гвардейские церкви отчет о задачах и деятельности «Общества». Недалекое время покажет, что гвардейское духовенство достойно пользуется теми преимуществами, какие оно имеет пред армейским. Недаром в состав его назначаются лучшие пастыри, умудренные опытностью или образованием.

Сергиевского всей артиллерии собора протоиерей

Дмитрий Никитин.

По оригиналу: с. 312, с. 313, с. 314, с. 315

Журнальное постановление Совета Общества попечения о бедных военного духовенства 10-го апреля сего года за № 395-м.

Причта Преображенского всей гвардии собора священник Александр Филиппович Златковский принес в дар Обществу одну тысячу рублей, облигациею 2-го Восточного займа с январским купоном будущего года, чем, на основании § 10 устава Общества, приобрел право на звание попечителя Общества, на установление его имени стипендии и на внесение в синодик имен всех членов его семьи. Принимая эту крупную лепту в пользу общественной благотворительности с тем большею признательностью, что она внесена не от избытка материальных средств, а из ревностного усердия в святом деле милосердия к ближнему, Совет постановил: числить пожертвованную облигацию капиталом священника Александра Златковского, открыть по нему стипендию с 1 января будущего года, именовать жертвователя попечителем Общества, внести в синодик имена его семьи и затем, сообщив настоящее постановление Главному Священнику с просьбою помещения его в «Вестнике Военного Духовенства», довести о всем изложенном до сведения общего собрания членов Общества.

По оригиналу: с. 315

От Совета Общества попечения бедных военного духовенства.

Совет Общества в заседании своем 19 марта сего года имел суждение о следующем. При составлении годового отчета вполне выясняется сравнительная необходимость в общественном содействии к образованию детей служащего духовенства. Принимая во внимание степень нужды многосемейных священников, малолетние дети которых требуют одновременно воспитания и образования, Совет постановил:

1. 1)

   Во внимание к многосемейности священника 127-го пехотного Путивльского полка Павла Щеголева, имеющего детей: Павла, родившего 22-го марта 1877 года, Елизавету — 21-го декабря 1874 года, Марию — 26-го июня 1879 года, Анну — 24-го июля 1881 года, Клавдию — 28-го января 1884 года и Зинаиду — 10-го июня 1887 года, высылать ему, по местонахождению полка, в Житомире, по пятидесяти рублей в год на воспитание детей, но при этом было бы желательно, чтобы одна из дочерей его была определена им в одно из духовным женских училищ.

2. 2)

   Священника Бобруйского дисциплинарного батальона Алексея Васильева, имеющего детей: Александра, родившегося 27-го марта 1868 года, Евгения — 6-го марта 1880 года, Пелагею — 25-го сентября 1866 года, Александру — 8-го июля 1873 года и Екатерину — 1-го ноября 1876 года, в особенности же обращая внимание на старательность отца дать детям возможно лучшее образование Совет постановил: выдавать священнику Васильеву ежегодно по пятидесяти рублей на воспитание детей, в течение двух лет, т. е. до 1 января 1892 года.

3. 3)

   Во внимание многосемейности и затруднительному материальному положению священника 131-го пехотного Тираспольского полка Василия Предтечевского, имеющего, кроме жены, детей: Ивана, родившегося 5-го февраля 1875 году, Ольгу — 25-го июня 1876 года, Любовь — 10-го сентября 1878 года, Екатерину — 9-го августа 1883 года и Зинаиду — 5-го октября 1885 года, Совет постановил: выдавать священнику Предтеченскому ежегодно по пятидесяти рублей в течение трех лет, т. е. до 1-го января 1893 года, на воспитание детей.

По оригиналу: с. 316

Движение сумм Общества попечения о бедных военного духовенства за март месяц.

¹) Долг С. П. Б. Городскому Кредитному Обществу: 1772 руб. 3 коп..

По оригиналу: с. 317

Поступило в марте месяце 1890 года.

Членских взносов:

• Алексапольский, Василий свящ. 5 руб.;

• Веригин, Иоанн прот. 5 руб.;

• Кучинский, Николай свящ. 6 руб.;

• Малинин, Я. И. дейст. ст. сов. 5 руб.;

• Миончинский, Ф. М. граф 10 руб.;

• Молчанов, Митрофан свящ. 5 руб.;

• Наумов, Н. Н. прот. 5 руб.;

• Нечаев, Михаил свящ. 5 руб.;

• Стенбок-Фермор, Н. А. графиня 100 руб.;

• Соколов, Александр прот. 5 руб.;

• Соколов, П. И. ст. совет. 5 руб.;

• Старопольский, Александр диакон 10 руб.;

• Шулькевич, Лев диакон 5 руб.;

• Эбергард, М. И. штабс-ротмистр 5 рублей.

От церквей:

• 151-го пех. Пятигорской 25 руб.;

• 158-го пех. Кутаисской 10 руб.;

• 1-го Полтавского конно-казачьего 10 руб.;

• С.-Петербургский Адмиралтейский собор 50 руб.;

• С.-Петербургского морского госпиталя 25 руб.;

• Тифлисского военного госпиталя 10 рублей.

Единовременных пожертвований:

• От Главного Священника войск Кавказского военного округа протоиерея С. И. Гумилевского 15 руб.;

• чрез священника Н. Кучинского от разных лиц 10 рублей.

По оригиналу: с. 318

Список лиц и учреждений, от которых в течение февраля месяца поступили в пользу Общества пожертвования.

Членские взносы:

• Алфеев, Евфимий священник 5 руб.;

• Берляндт, Никол. Яковл., надв. сов. 5 руб.;

• Борщ, Дамиан прот. 10 руб.;

• Валечинский, Владимир священник 5 руб.;

• Веселовский, Тимофей свящ. 5 руб.;

• Воздвиженский, Иоанн прот. 10 руб.;

• Выдрин, Василий Васильевич купец 10 руб.;

• Гастфрейнд, Н. А. 5 руб.;

• Гейнеман, И. И. 5 руб.;

• Добровольский, Капитон прот. 5 руб.;

• Дурнякин, Яков Иванович 5 руб.;

• Дружинин, Александр свящ. 5 руб.;

• Евнитский, Николай свящ. 5 руб.;

• Егоров, Ефим Сав. дейст. ст. сов. 10 руб.;

• Железнова, Елисавета Дмитриевна 10 руб.;

• Завидонский, Г. Я. 5 руб.;

• Заркевич, Павел нротоиерей 5 руб.;

• Завадо, Феодосий диак. 5 руб.;

• Зиверт, Ф. Ф. ст. сов. 5 р.

• Иванов, В. И. 5 руб.;

• Иванов, И. И. 5 руб.;

• Икоников, Николай псал. 5 руб.;

• Каменецкий, Григорий свящ. 10 руб.;

• Косьмина, М. Т. 25 руб.;

• Коноплев, Григорий свящ. 5 руб.;

• Космодамианский, Николай свящ. 5 руб.;

• Кручинин, Ф. П. 25 руб.;

• Лекторова, А. И. 5 руб.;

• Лебедев, Полиевкт свящ. 5 руб.;

• Ломауров, Иоанн свящ. 5 руб.;

• Лукианов, Захарий свящ. 5 руб.;

• Можайский, Александр Благ. пр. 5 руб.;

• Фон-Мек, полковник 5 руб.;

• Насакина, В. А. 5 руб.;

• Никифоровский, Михаил свящ. 5 руб.;

• Оржевский, генерал-майор 5 руб.;

• Песоцкий, Александр свящ. 5 руб.;

• Петров, В. Г. 25 руб.;

• Преображенский, Николай свящ. 5 руб.;

• Петровский, Лев прот. 12 руб.;

• Промыслов, Константин диакон 5 руб.;

• Пешехонов, Николай свящ. 5 руб.;

• Росси, Э. К. 5 руб.;

• Салов, В. Н. генерал-лейтенант 5 руб.;

• Сариев, Иоанн свящ. 5 руб.;

• Смородский, Феодор свящ. 5 руб.;

• Сосунцов, Иоанн прот. 5 руб.;

• Северов, Николай диакон 5 руб.;

• Холщевников, Петр Благ. свящ. 10 руб.;

• Цветков, Василий свящ. 5 руб.;

• Цехановский, Мефодий свящ. 5 руб.;

• Чаплыгин, П. Х. подполковник 5 руб.;

• Чиляев, Леонтий свящ. 5 руб.;

• Шеметов, Николай свящ. 5 руб.;

• Яновский, Моисей свящ. 5 руб.;

• Федоров, Д. Д. 5 руб.

От церквей:

• 12-го драгунского Мариупольского 10 руб.;

• 33-го драгунского Изюмского 10 руб.;

• 133-го пехотного Симферопольского 5 руб.;

• 134-го пехотного Феодосийского 5 руб.;

• 153-го пехотного Бакинского 10 руб.;

• 2-го пехотного Пластунского батальона 5 руб.;

• 3-го пехотного Пластунского батальона 45 коп.;

• Закаспийских стрелковых батальонов 50 руб.;

• 4-го Закаспийского стрелкового батальона 10 руб.;

• 5-го Закаспийского стрелкового батальона 10 руб.;

• 1-го Кубанского конного казачьего 13 р. 30 к.;

• Астрабадской морской станции 25 руб.;

• Бакинского местного батальона 15 руб.;

• Бакинской портовой 15 руб.;

• Ботлихской местной команды 3 р.;

• Выборгской гарнизонной Петропавловской 10 руб.;

• Метехского замка 15 р.;

• Казанского военного госпиталя 10 руб.;

• Училища лекарских помощниц 10 руб.;

• Шостенского порохового завода 25 руб.;

• Эриванского местного батальона 3 руб.

Единовременные пожертвования:

• От священника 3-го Пластунского батальона В. Цветкова 3 руб.;

• от священника 12-го Мариупольского полка Н. Космодомианского 18 руб.;

• от священника 1-го Уманского конного полка З. Лукианова 4 руб.;

• от 11-го драгунского Харьковского полка 10 руб.;

• от неизвестного 6 руб.;

• от неизвестного 3 руб.

По оригиналу: с. 318, с. 319, с. 320

Редактор, Священник Иоанн Таранец.

От С.-Петербургского Духовного Цензурного Комитета печатать дозволяется.

С.-Петербург, Апреля 11 дня 1890 года.

Цензор Архимандрит Григорий.

Тип. «Артиллерийского Журнала», Фурштатская, № 21.

По оригиналу: с. 320